Если ты поистине милостив, то когда у тебя отнимают что — то несправедливо, ты не скорбишь внутри, не рассуждаешь вслух о внешнем ущербе. Напротив, ты хочешь состраданием избыть зло обидчиков, как ярость вина укрощается обилием воды, и показать великую милость, воздавая благом за обиду. Так поступил и блаженный пророк Елисей по отношению к тем, кто пришли его поработить.
Стоя на молитве, он ослепил их, показав сущую в нем Божью силу. Когда же он дал им поесть и попить и отпустил то тем самым проявил милость к ним (См 4 Цар. 6, 8–23).
Не только по раздаче денег узнается расположение любви, но, что гораздо выше, по распространению слова Божия и телесному служению.
2. Тот, кто подлинно отрекся от мирских вещей и нелицемерно служит ближнему по любви, тот быстро освобождается от всякой страсти и становится причастником божественной любви и ведения.
3. Кто любит Бога, тот непременно любит и ближнего. Такой человек не может удерживать у себя деньги, но только управляет ими боголепно, подавая каждому нуждающемуся.
Брат спросил старца:
— Что такое сострадание и как оно возникает в человеке?
— Сострадание в том, чтобы миловать попавшего в нужду. А тому, кто бережет свое своеволие, не сочувствуй. Оно возникает в человеке от того, что он помнит, как помиловал его Бог, и тогда он сам милует ближнего.
Один человек принес деньги старцу и попросил взять для своих нужд, но тот не принял их, сказав, что довольствуется своим рукоделием. Но гость продолжал настаивать, говоря, что этими деньгами можно будет помогать нуждающимся.
Старец ответил:
— Это для меня станет двойным позором: я возьму то, в чем не нуждаюсь, а раздавая другим, начну тщеславиться.
2. Сказал старец: «Если ты даешь милостыню, а помысел терзает тебя, что дал много, не внимай сатанинскому внушению. Но по возможности живи в нищете и смирении, чтобы тебе самому могли подавать милостыню. Тот, кто подаст тебе, возрадуется, поняв, что сделал доброе дело. А ты сам, ничего не имея и проводя время в нищете, достигнешь величайшего смирения. Ты осознаешь, что не совершил ничего доброго, никому даже не оказал помощи и сам нуждаешься в заповеданном. Так жили отцы наши, так авва Арсений обрел Бога».
Лучше монах нищий, который безмолвствует со смиренномудрием, чем богатый монах, налево и направо раздающий милостыню с превозношением и надменностью.
2. Послушаем, братья, слова:
Пресвитер Скита авва Даниил рассказывал: «Сорок лет назад, когда я был молод, то пошел в Фиваиду и спустился в имение, чтобы продать свое рукоделие. А в имении был человек по имени Евлогий, по ремеслу каменотес, занимавшийся этим делом смолоду. Из заработанных денег он часть раздавал бедным и соблюдал пост до вечера.
В тот вечер он пришел в имение и по своему обыкновению взял меня вместе с братьями и устроил на ночлег. Вернувшись к себе, я оценил добродетель этого мужа и начал поститься целыми неделями, прося Бога подать ему больше средств, чтобы он мог больше помогать другим. Три недели у меня во рту не было ни росинки, и я свалился с ног, едва живой, от такой аскезы. Кто — то в священническом облачении подошел ко мне и спросил:
— Что с тобой, Даниил?
— Владыко, — отвечаю, — я дал слово Христу не вкушать хлеба, пока Он не услышит мои молитвы о каменотесе Евлогии и не подаст ему благословение, чтобы он благотворил многим другим.
— Это не будет правильно, — сказал небесный гость.
— Но Господи, — воскликнул я, — даруй ему, чтобы через него все прославили имя Твое святое.
— А вот это уже точнее. Если хочешь, чтобы Я даровал это ему и просишь за его душу, чтобы она спаслась множеством милостыней, Я дарую ему то, что ты просишь.
— Из моих рук взыскуй его душу, — попросил я.
Тут я увидел себя в храме Воскресения в Иерусалиме, на Святом Гробе сидит Отрок, а справа от Него — Евлогий. Отрок посылает за мной кого — то из предстоящих Ему и обращается ко мне:
— Ты друг Евлогия?
— Да, Владыко, — воскликнули все.
— Ты отвечаешь за своего друга, — спросил Отрок.
