– А если и игры, то небезопасные, – заметил Игорь.
– Может, хватит уже кругами ходить, а? – Теперь в голосе Лены звучала мольба.
Сергей Коновалов снял очки, потер переносицу, снова водрузил их на нос.
– Начнем с того, Елена Андреевна, что есть версия, над которой уже несколько месяцев работает наша… гм… наше учреждение. А именно: Евгений Кушнарев на своем месте искреннего патриота родного города и борца за экономическую и по возможности – политическую независимость Харькова в какой-то момент стал мешать определенным политическим и экономическим кругам сопредельного государства. Это все, что вам можно знать. Вы, сами того не зная, ступили на чужую территорию.
Пока он говорил, Игорь вышел и вернулся с чашкой кофе. Протянул Лене, та машинально взяла. Между тем Коновалов продолжал:
– Если подобная информация уйдет дальше, нам станет сложнее работать. Заставить вас замолчать, припугнуть? Имело смысл, согласен. Но, – Коновалов поднял указательный палец к потолку, – имело еще больший смысл направить вашу активность в нужное нам русло. И с вашей помощью заставить людей, которые находятся у нас в разработке, активизировать действия.
– Вы сделали из меня подсадную утку… – Слова Лены прозвучали не как вопрос, а скорее как утверждение.
– Наша работа, – развел руками Коновалов. – По оперативным каналам от нас ушла информация: некая молодая женщина, адвокат Елена Уварова, от своего клиента Михаила Ремизова случайно узнала кое-что новое о деле Кушнарева. И собирается слить информацию за деньги в харьковские средства массовой информации. Свежая информация по этому делу здешней прессе нужна, да и следствие, которое еще не закончено, пойдет на новый виток. Каналы дезинформации у нас надежные, этой байке поверили.
– И меня чуть не убили! – огрызнулась Лена.
– Никто бы вас не убил, – успокоил ее Коновалов. – Вас вели от самого Киева, даже засекли соглядатая. Правда, мы не думали, что он проявит такую активность и пересядет к вам в купе. Здесь маленький прокол, согласен. Зато в Харькове каждый ваш шаг контролировался. Пока вы спали, в каблук вашей правой туфли поставили маячок. А в вашей сумке, которую нам вернул проводник, мы тоже нашли маячок: ваш преследователь, потеряв вас, не терял времени. Его надежда, что вы найдете сумку, оправдалась. Они следили за вами, а мы – за вами и за ними.
– Как только они увидели, что вы и правда встречаетесь с достаточно влиятельной харьковской медиа-дамой, то поняли: информация правдивая, не зря всполошились. Вот и решили активно помешать вам. Чего мы, собственно говоря, и ждали, – добавил Игорь.
– «Они» – кто? – вырвалось у Лены.
– Задержанные похитители на самом деле исполнители. След к их хозяевам может оборваться в любой момент. Кто заказчик – тоже, извините, говорить посторонним не имею права. Будем работать. Заниматься своим делом. А вам, Елена Андреевна, очень советую заняться своим. У вас, кажется, появился перспективный клиент. Может, немножко коньячку?
– Нет, спасибо.
– Тогда допивайте ваш кофе. Он совсем остыл.
По последней информации, они перебрались на чердак.
Информатор, завербованный три дня назад именно для того, чтобы помочь провести эту разработку, непонятно почему имел кличку Татарин, хотя в его внешности скорее было что-то от китайца, корейца или, в крайнем случае, бурята. Похоже, когда-то беспутная мамаша Татарина, тоже, кстати, бывшая на оперативной связи с участковым, имела короткий и, вне всяких сомнений, бурный роман с каким-то интернационалистом, которых на том же «Барабашово» навалом. Сахно как-то в разговоре не выдержал, спросил Татарина, почему он Татарин и кто его папаша. На оба вопроса он получил короткий и емкий ответ: «Хрен его знает, командир», после чего перестал интересоваться родословной своего новоиспеченного агента.
Чтобы подойти к дому, расположенному в частном секторе за Московским проспектом, Сахно и еще двое оперов, тихо матерясь, должны были перебраться сначала через огромную лужу посреди дороги, обойти которую так просто было невозможно. Тем более проехать: оперативная машина не была предназначена для форсирования таких серьезных водных преград. Видно, здесь в очередной раз прорвало ливневую трубу – из-под земли бил настоящий гейзер.
Смирившись с тем, что придется намочить ноги, Сахно успокаивал себя мыслью, что в такую жару, которую дарило городу нынешнее високосное лето, это даже полезно. А вот гора мусора, наваленная неподалеку от места засады, под палящими солнечными лучами воняла и разлагалась. Впрочем, если верить информации Татарина, обитатели старого одноэтажного дома меньше всего обращали внимание на экологические проблемы.
Их вообще мало что волновало. Кроме одного – раздобудут ли они сегодня денег на очередную дозу или снова пойдут побираться, залезая в долги.
