Эви хочет быть нормальной полностью

Новый всхлип заклокотал у меня в горле и сорвался с губ. Я согнулась пополам, схватившись за живот. Внутри меня скрутился болезненный узел нервов, разочарования, потерянности – и развязать его можно было лишь одним способом…

Я стерла слезы с лица и медленно направилась к ближайшей раковине. И еще раз вымыла руки. И мне тут же стало так хорошо! Так безумно хорошо… Я домыла руки и улыбнулась своему отражению. Ну что ж, Эви, дело сделано, можно идти и дальше веселиться с друзьями!

На глаза снова навернулись слезы. Я смотрела, как плачет девочка в отражении – как перекашивается ее лицо, как она неотрывно пялится в зеркало, точно безумная, обвив себя руками.

– Не буду, – сказала я отражению, но с губ сорвался лишь жалобный вой. Войди кто-нибудь в туалет, меня бы тут же забрали в психушку.

У меня не осталось никаких сил на борьбу. Я послушно тронула кран и шагнула к следующему, наблюдая за собой в зеркало и шепотом подсчитывая касания. Внутри вновь разлилось приятное спокойствие. Теперь-то точно все. Меня ждет волшебный вечер. Сейчас я пойду к подругам, и мы вместе будем слушать группу, которая на самом деле так себе, делая вид, что она на самом деле ничего такая, как и все кругом.

Я поправила волосы, послала своему отражению воздушный поцелуй и наконец направилась к выходу. Но стоило мне коснуться двери…

Я ревела минут десять, а потом все-таки сдалась. Я пропустила немалую часть выступления. Да что там, и собственной жизни тоже, причем только по своей вине. Но зато когда я наконец вышла из туалета, мой макияж был безупречен.

ГАЙ С РЕБЯТАМИ ИГРАЛИ последнюю песню. Толпе она… скажем так, нравилась. Зрительный зал разделился. Место перед самой сценой заняли металлюги и хардкорщики, в том числе и приятели Джоэла с Гаем. Некоторые из них схватились за край сцены, чтобы не упасть в попытках вытряхнуть мозг через нос – судя по тому, как усердно они трясли головами, в этом и состояла их главная цель. Часть хардкорщиков сбилась в круг и начала слэмиться, толкаться, хватать друг друга за одежду. Лотти и Эмбер с мрачным выражением на лицах стояли с краю, пристально следя за Джейн, которая все рвалась в самый эпицентр, казалось бы, совершенно ненужного насилия с криками «Джоэл, я люблю тебя!».

В остальных же лицах застыло изумление, а то и равнодушие. К Тедди выстроилась огромная очередь, а в самой столовой стало куда малолюднее, чем во время выступления «Самозванцев». Я перевела взгляд на сцену. На Гая. Он стоял, закрыв глаза и крепко сжимая в руках микрофон. Внутри у меня все оборвалось. Музыки я не слышала – в конце концов, Гай мне нравился вовсе не своим творчеством, а скорее вопреки ему.

Я уже подумывала о том, чтобы примкнуть к подружкам, и мысленно взвешивала, какова вероятность забрызгаться чужим потом, как вдруг кто-то ткнул меня под ребра.

– Эй! – воскликнула я и резко обернулась.

Позади стоял Итан. Его щетинистое лицо так и сияло от послеконцертной эйфории, а ослепительная улыбка была заразительнее любого желудочного гриппа и освещала собой чуть ли не все Северное полушарие.

– Ну здравствуй, незнакомка! – воскликнул он.

Я невольно улыбнулась в ответ, несмотря на то, что между нами случилось.

– Ну привет, сексуальный маньяк! Отличное выступление, кстати.

– Как раз об этом я и хотел с тобой поговорить.

– Что? – переспросила я.

Барабанщик Гая то и дело лупил по тарелкам – видимо, в качестве «интерлюдии», – и потому не было слышно ровным счетом ничего.

Итан склонился ко мне поближе. На шее у него болтался чуть приспущенный галстук.

– Я хотел поговорить с тобой о том, что было, – сказал он, сложив руки рупором. Его дыхание щекотало мне волосы. – Хотел извиниться. Я повел себя как последний придурок. Зависимость от секса тут ни при чем.

Я не смогла сдержать смеха.

– Я об этом уже и забыла, – крикнула я ему.

– Это заметно. Прекрасно выглядишь, Эви, – заметил он и кокетливо склонил голову.

– Жаль, ты не видел меня десять минут назад, – ответила я, хотя понимала, что эту шутку пойму только я одна.

– А чем ты таким занималась? Небось, трогала себя?

– А то, – припечатала я. – Девчонки всегда так делают! Стоит только парням выйти за дверь, мы тут же трогаем себя вам назло!

Он расхохотался, да так задорно, что я мельком заметила две пломбы у него на зубах – это немного охладило мой пыл.

– Я так по тебе скучал, Эви.

– Вообще-то мы по-прежнему в одной группе по социологии.