Благодаря петельке, наброшенной мною на ученика, я мог сравнивать его ощущения с тем, что чувствовал сам. Да и опыт объяснения тех же движений супругам никуда не делся. Поэтому к моменту, когда во двор въехала наша карета, Магнус разобрался с тремя связками из четырех, и почти понял последнюю. Что при этом творилось в его эмоциях, было трудно передать словами. Скажу лишь, что Майра, Найта и Тина, не успев выбраться из кареты, потащили лилий к нам, наверх, чтобы не только поздороваться с ар Койреном, «чьего коня заметили у коновязи», но и полюбоваться на его сияющее лицо.
— Ну, и как вам подарок Нейла? — ехидно поинтересовалась Майра, когда Магнусу покорилась четвертая связка, и я сказал, что на сегодня хватит.
— А можно на «ты» и без всяких «арров»? — попросил Магнус, и обвел взглядом всех девушек, показывая, что просьба касается и их. А когда они склонили головы в знак согласия, притворно вздохнул: — Подарок ужасный, ибо теперь я не нахожу себе места от горя: всю свою жизнь я занимался не тем, не с теми и не так!
— В смысле, ты разочаровался в арессе Ивице? — «ужаснулась» Найта.
— Не-не-не, вы все не так поняли! — расхохотался ар Койрен. — Я хотел сказать, что те мастера клинка, у которых я учился, были кем угодно, только не наставниками!
— Почему?
«Делай это движение много-много раз, и когда-нибудь поймешь!» — передразнил он кого-то, и поморщился. — А Нейл объясняет так образно и понятно, что я вижу движение, чувствую его и понимаю, что именно делаю неправильно!
— Значит, имеет смысл пробежаться с ним по всей технике, чтобы исправить ошибки! — усмехнулась Майра. — Естественно, после того как вы с ним разберетесь со всем «Аспидом».
Магнус ошеломленно повернулся ко мне и сглотнул:
— Ты решил показать мне весь комплекс⁈
— Конечно! Иначе что это за подарок? — улыбнулся я.
Ар Койрен сложился в глубочайшем поклоне уважения и обжег мои чувства искренней благодарностью:
— Спасибо…
Спешиваясь перед парадным крыльцом посольства Гельда в Маллоре, я слегка волновался за обеих лилий, поэтому, отдав поводья Уголька подбежавшему конюху, как бы невзначай повернулся лицом к аллее, чтобы видеть подъезжающую карету. Магнус, заметивший, куда направлено мое внимание, тут же сместился в сторону и встал так, чтобы у меня появилась причина смотреть в нужном направлении.
С высадкой и «построением» Стеша, первый раз в жизни оказавшаяся в перекрестии взглядов благородных, справилась просто прекрасно — как ни в чем не бывало, оперлась на руку слуги, гордо вскинула голову, развернула плечи и без каких-либо колебаний заняла положенное место. То есть, встала рядом с Ирланой сразу же за тройкой моих меньшиц. И пусть ее движениям, жестам и походке не хватало легкости, держалась она более чем уверенно — по сторонам поглядывала с холодным безразличием, не обращала внимания ни на какие взгляды, зато при виде меня вспыхивала от счастья и «уходила в волнующие воспоминания». Не менее уверенно держалась и Ирлана: стояла, гордо вскинув голову, и поглядывала на знакомых дам с таким видом, как будто говорила: «Да, я лилия! Зато в роду Эвис. А вы?»
Когда кареты Койренов выбралась Ивица и заняла место за плечом мужа, мы неторопливо поднялись по лестнице, вошли в посольство, сбросили на руки слуг верхнюю одежду и двинулись вслед за пожилым гельдцем по направлению к залу для приемов.
Шли крайне неторопливо, разглядывая картины, висевшие в нишах, и обменивались впечатлениями. Перед некоторыми задерживались, дабы обсудить «особо удачные решения» художников. И, тем самым, позволяли обеим лилиям свыкнуться с новым статусом.
Перед парадными дверями я остановил свою свиту и пропустил Магнуса с женой вперед. А когда отзвучали их имена, и пара ушла вправо, озвучил герольду тот текст, который хотел услышать. К моему удивлению, текст был переиначен: озвучив мое имя прозвище, гельдец точно так же представил каждую мою спутницу и Сангора!
Понимая, что такое своеволие может быть лишь следствием прямого приказа посла, я внутренне подобрался. И, совершая «обязательный круг», больше
Найти — нашел. Сразу троих. Но, подумав, решил не торопить события, а дождаться прямого изъявления воли короля или подготовленного гельдцами сюрприза. Поэтому сосредоточился на общении с Магнусом, Ивицей и своими женщинами. А чтобы наше поведение не отличалось от обычного, разрешил супругам поразвлечься.
