Вместе с этим священник поминает и знаемых своих и родных живых, a прежде всех их того архиерея, который его рукополагал, если он, разумеется, еще жив. B противном случае он его поминает среди имен усопших на пятой просфоре. Тут же происходит и чтение записок о здравии или поминаний.
Из пятой просфоры священник вынимает сначала одну общую частицу за упокой со словами: «О памяти и оставлении грехов святейших Патриархов, православных и благочестивых Царей и благочестивых Цариц, блаженных создателей святого храма (или святыя обители сия) сего», — a потом, при поминании имен усопших, на каждое имя вынимает по одной частице, со словами «помяни, Господи». Технически это производится, по русской практике, именно выниманием маленькой частички, a у греков — выструживанием копием по одной из сторон просфоры. Вторая практика предпочтительнее потому, что при большом количестве имен выструженные частицы не занимают столько места на дискосе, тогда как при вынимании их может быть столько, что они покроют всю поверхность дискоса и даже закроют сам Агнец. Иерусалимская формула заупокойного поминовения имен опять-таки более пространна, чем наша и венецианская.
Вынув частицы за здравие и за упокой и прочитав все поминания и записки, священник должен закончить проскомидию. При этом он, хотя это и не указано в служебнике, вынимает еще раз из заздравной просфоры частицу о всех заповедавших ему молиться о них. Изустная практика сохранила такую формулу: «И всех заповедавших мне недостойному молитися о них, ихже не помянух забвением, неведением или множеством имен, Сам, Господи, помяни, ведый коего же возраст и наименование». В служебнике, как русском, так и венецианской редакции греческом, указано в конце совершить особое поминовение из пятой просфоры с такой формулой: «И всех в надежде воскресения, жизни вечныя и Твоего общения усопших, православных отец и братий наших, Человеколюбче Господи». Наконец, последнюю частицу иерей вынимает из четвертой просфоры за себя со словами: «Помяни, Господи, и мое недостоинство и прости ми всякое согрешение, вольное же и невольное».
С этими словами проскомидия закончена. Иерей губой собирает все выпавшие при вынимании частицы с покрова жертвенника и полагает их на дискос. Остается только покрыть проскомидию и совершить каждение алтаря и храма перед началом Литургии. Диакон приносит священнику кадило с фимиамом и испрашивает благословения: «Благослови, владыко, кадило». По нашей практике, священник непосредственно произносит формулу благословения: «Кадило Тебе приносим, Христе Боже наш, в воню благоухания духовнаго, еже приемь в Пренебесный Твой Жертвенник, вознизпосли нам благодать Пресвятаго Твоего Духа», — и благословляет кадило. A в иерусалимской редакции, священник сначала говорит: «Благословен Бог наш всегда, ныне и присно и во веки веков», — a потом уже и: «Кадило Тебе приносим…».
Священник берет звездицу и окаживает ее. Для этого диакон держит кадило за верхнее кольцо левой рукой, a самую чашку кадильницы придерживает правой так, чтобы крышка кадильницы не мешала священнику прикладывать к ней для окаживания звездицу и покровы. По нашей практике и по венецианскому греческому изданию, диакон говорит только: «Господу помолимся», — a по иерусалимскому изданию, он добавляет: «Утверди, владыко». Священник ставит звездицу на дискос со словами: «И пришедши звезда, ста верху, идеже бе Отроча» (Мф. 2:9). [169]
Диакон продолжает: «Господу помолимся». — По иерусалимскому чину, он добавляет: «Украси, владыко».
Священник берет первый малый покровец и покрывает им дискос поверх звездицы, окадив предварительно этот покровец, т. е. наложив его на чашку кадильницы и говоря слова: «Господь воцарися, в лепоту облечеся: облечеся Господь в силу и препоясася, ибо утверди вселенную, яже не подвижится: готов престол Твой оттоле, от века Ты еси: воздвигоша реки, Господи, воздвигоша реки гласы своя: возмут реки сотрения своя, от гласов вод многих. Дивны высоты морския, дивен в высоких Господь: свидения Твоя уверишася зело: дому Твоему подобает святыня, Господи, в долготу дний» (Пс. 92:1-5). [170] По греческому чину священник читает не весь псалом, a только до слов «и препоясася».
Диакон после этого снова говорит: «Господу помолимся. Покрый, владыко».
Иерей, окадив так же, как было указано, второй покровец, полагает его на Чашу со словами: «Покры небеса добродетель Твоя, Христе, и хвалы Твоея исполнь земля» (Авв. 3:3). [171]
Затем, после слов диакона: «Господу помолимся. Покрый, владыко», священник покрывает оба святых сосуда большим покровом, или «воздýхом». Диакон для этого держит кадило просто за кольцо одной рукой, a иерей обертывает воздýхом кадило со словами: «Покрый нас кровом крилу Твоею (Пс. 16:8), [172] отжени от нас всякаго врага и супостата, умири нашу жизнь, Господи, помилуй нас и мир Твой и спаси души наша, яко Благ и Человеколюбец».
