Вторая книга Евнея Букетова под названием «Грани творчества» на русском языке была опубликована алматинским издательством «Жалын» в 1977 году. Надо отдать должное издателям, они проявили завидную оперативность, скорее всего, спешили заполучить в свои авторы известного ученого-писателя, наверное, потому даже не считались с тем, что по содержанию эта книга повторяет ранее изданного «Человека, родившегося на верблюде»…
Для автора это всегда радость, и, конечно, она настраивает на новые литературные свершения.
По-видимому, результатом нового творческого подъема явилось исследование о преемственности в русской поэзии, о «героях своего времени» в произведениях А. Пушкина и В. Маяковского. Благоговевший перед гением А. Пушкина, Е. Букетов отчетливо представлял, какую ответственность берет на себя, пытаясь оценить пушкинского героя и сравнить его с героями другого времени, показанными в поэзии В. Маяковского. Онегин — красив, благороден и полон возвышенных чувств, но обречен на бездействие — в этом его трагедия. В лирике же В. Маяковского мятущийся, страдающий «герой», наконец находит себя, он настроен на обновление жизни, ему свойственны высокая гражданственность, пафос борьбы, созидания, вера в прекрасное будущее. Эта гуманистическая направленность и объединяет двух поэтов. Сопоставляя их «героев», Е. Букетов привел множество отрывков из поэтических произведений обоих поэтов, изложив это сначала на казахском языке, а потом и на русском под одним общим названием «Пушкин и Маяковский». Получился по сути и по объему новый научный трактат. Он был опубликован в альманахе «Жалын» № 3 за 1974 год. А чуть позже, когда автор предложил этот же труд журналу «Простор», с которым сотрудничал давно, в редакции журнала нашлись люди, не согласившиеся с концепцией Евнея Арыстанулы, объявившие исследование неприемлемым для издания.
Заведующий отделом критики Н. Ровенский 8 октября 1974 года отозвался вот таким коротким письмом: «Уважаемый товарищ Букетов! Об отношении Маяковского к художественному наследию Пушкина существует обширная литература. Ваша работа «Пушкин и Маяковский» не сообщает ничего нового, в литературном смысле она вторична. Публиковать ее не представляется целесообразным…»
Другой человек, возможно, сказал бы с досадой: «Ну, что же, восхваляющих титанов русской поэзии достаточно и без меня. Не хотят печатать, считая меня провинциальным критиком, ну и ладно, переживу как-нибудь…» — и на этом остановился бы. Но Букетов был ярым спорщиком, в научных спорах он стоял всегда до конца, если считал свои концепции верными. А в этом вопросе он сразу почувствовал пренебрежительное отношение к себе известного русского литературоведа. Самолюбивый Евней Арыстанулы не мог оставить письмо без ответа…
