– Ого… А на кой тебе туда надо, военный? – Присмотрелся он ко мне внимательнее.
– Там мой взвод… И мой автомат, – сделал я вид чуть пришибленный. – И вещи мои… Короче, свалили эти сволочи! – Добавил я в сердцах, надеясь, что буду звучать убедительно.
Потому что, в самом деле, одинокий солдат без оружия хрен знает где – выглядит подозрительно. Не учел, блин…
Из кабины в голос заржали:
– А, тогда ладно. Видишь номер двенадцать на борту? Сейчас канат отпустим, успевай забраться.
– А в кузове не вариант? – Скептически оценил я вид одной из последних корзин.
Там, оказывается, еще веревки не просто так привязаны, а к подъемным механизмам.
– Не… – Покачал головой парень. – Я ж тебя вижу, ты мне всех пассажиров поубиваешь. Там такие хари… – Приглушил он голос. – С самого прииска пьют.
Или они меня убьют, что ему тоже даром не надо.
– Может, наверху есть места?
– На «люкс» тебе патронов не хватает, братишка. – С сочувствием отозвался он.
– Да как не хватит? Магазина-то?!
– Не хватит. – Добавилось жесткости в его голосе. – У тебя на корзину ровно.
– Да что за цены такие?! – Возмутился я.
– Нормальные цены. Не хочешь – иди пешком.
– Хоть половину оставь, будь человеком!
– Я вот на каждом армейском посту то же самое говорю, – сплюнул он на землю. – Ни черта не срабатывает. У вас свои ставки, у меня свои.
– Дружище, да где я, а где пост? Ты пузо у меня видишь? – Похлопал я себя над ремнем по впалому брюху. – Нет, ты скажи?
– Нет пуза, – хмыкнул чел в шапочке.
– А видно, что я жру три пайки в одно рыло? Я похож на того, кто с честных перевозчиков деньги трясет? – Возмущался я, вышагивая рядом.
– Да угомонись.
– Да меня за этот магазин еще неделю не слезут! Дай ты хоть десяток патронов на бедность!
– Хрен с тобой, пятерку себе отсыпь. Все, никаких больше разговоров.
– И сам магазин тоже заберу. – Рискнул я вставить. – Ну зачем тебе эта железка? А с меня спросят, что я в автомат вставлю?
– Да понятно что, – гоготнул тот.
– И надо нам, серьезным парням, этих мудаков смешить?
– Ай, отстань уже! Будет тебе железка, – поманил он жестом руки.
Я аккуратно подкинул магазин – его ловко подхватили, забрали в салон, чуть повозились и скинули обратно – с пятеркой патронов.
И то неплохо. Был еще снаряжённый пистолет за поясом сзади, но с него патроны торговать не хотелось. Без патронов с него лучше сразу мушку спилить…
– Благодарю вас, сэр!
– Все, не испытывай мое терпение, лезь в корзину. Хорхе! – Заорал он в окошко. – Двенадцатый!
Сверху грузовика, под самой крышей завозились – лязгнул металл, заскрипела быстро раскручивающаяся катушка, и за моей спиной упала и принялась волочиться по земле крайне сомнительного вида конструкция, она же – мое пассажирское место.
Вблизи были видны деревянные засовы, плотно обнимающие узкую дверь-решетку с двух сторон, не давая ей открыться, ложе из утрамбованного сена, прикрытого одеяльцем, и еще одно одеяльце сбоку – чтобы ветер в лицо меньше дул.
Комфорт на грани фантастики… Еще и, не исключено, блохи в тряпье…
«Может, реально лучше пешком?» – Зародилось закономерное сомнение.
Но лучше плохо ехать, чем хорошо идти, и я не стал выпендриваться. Тем более, патроны мне точно никто не вернет, а о странном сержанте доложат на первом же посту.
Короче, двинулся я рядом с корзиной, открыл дверку – чуть дернулся, когда вся конструкция принялась подниматься наверх – и быстро заскочил внутрь, пытаясь не раскружить клетку и одновременно закрыть створку, чтобы та не расшиблась о борт.
А как получилось, улегся на импровизированное ложе, пытаясь перевести дух.
«На вокзале-то полегче залезать, не на ходу», – поворчал я про себя, прощая себе всю неловкость.
И ухватился за боковые прутья, когда корзина двинулась еще выше – сверху неизвестный Хорхе с тихими матами крутил ворот и рывками поднимал меня до нужной высоты.
Надеюсь, тут примерно такой же сервис при высадке, и меня не грохнут без затей об землю…
Беспокойство заставило вспомнить, что я корзину-то не привязал к кузову – там были заглубленные проушины под это дело и где-то кусок веревки сбоку от корзины. Иначе даванут на газ, и полечу…
«Так, где она там была», – завозился я на месте, пытаясь, не шевелясь, найти веревку.
Тесно, неудобно, корпус вибрирует… Еще и пассажирка «люкса» сверху скалится белоснежной улыбкой – высунулась из окошка, на ладони оперлась и наблюдает.
– Добрый день, мисс. – Кивнул я ей.
Под тридцать – наверное мэм, но пусть ей будет приятно. Матом-то я по ней и молча пройтись могу, вон как развлекается, на мои метания глядя.
Хотя, матом – это зря – дама поправила головной убор, которым оказался монашеский чепчик – прядь черных, как смоль, волос, выбилась из-под него из-за набегающего ветра.
Или как эта черно-белая штука, в виде капюшона, называется?.. Вроде, чепчик… Монастырей в Вингстоне не было. Да и на родине – тоже большая редкость.
