— Слушай, а там на скамейках, наверху, рядом с Кевином, блондинка симпатичная сидела…
— Стейси?
— Наверное. Она с кем гуляет?
— Да она стремная, — недоуменно пожал Итан плечами. — Не знаю, может, кто-то и гуляет. Но я бы не стал!
Странно. А на вид — Амелии фору даст. Может, глупая?.. Или какая может быть причина?..
— Так чего она там сидит?
— С подругой. Там ведь Дарсия была. Она да, симпатичная, — распрямил Итан грудную клетку, словно тот еще знаток.
— Понятно… Слушай, могу попросить тебя — особо не говорить о том, что тут было?
— Да без проблем. Не подрались же.
Да как сказать… Но технически — да.
— Сказать честно, я другого опасаюсь. Я ведь Амелии не родня. Это я так сказал, чтобы отстали.
— Ого…
— Но мне все равно уезжать через три дня. Ну и вот… Как считаешь, быстро до ушей Амелии дойдет, что я братом представился?.. Ты не думай, я на ее счет ничего не планирую, но нам еще танцевать. Не хочу, чтобы на меня смотрели как на труса. — Добавил я доверительного тона в голос.
— До выпускного — вряд ли узнает, — улыбнулся Итон. — Занятий ведь нет.
— Не сдашь меня?
— Могила! — Провел он сжатыми пальцами перед губами. — Хочешь, расскажу ей, как ты их отметелил? — Подумав, предложил он.
— А вы общаетесь?
— Ага. Я же не из этих придурков, — пренебрежительно прищурился он в сторону, куда ушли поверженные соперники. — А ты вроде нормальный.
— Будет очень кстати, спасибо. Вот тебе, ответный подарок, — полез я в карман и торжественно вручил ему патрон.
— Да не надо было… — И тем не менее с восторгом посмотрел он на подношение и, в итоге, забрал себе, имея вид крайне довольный. — Тогда пойдем?.. Мне еще фото надписи для газеты делать, а они никак не закончат…
— Да, конечно. Слушай, — остановился я на втором шаге. — А фотографии Амелии у тебя есть?
— Популярный вопрос, — ухмыльнулся он. — Запрещено директором!
— Это почему? — Не понял я.
— А чтобы не делали на фото, что делают… Ну, руками.
— Так и сказала?
— Нет, конечно! Просто сказала, что решусь торговать фотографиями — мне уши вывернет. А она может!
— Понятно… — Почесал я затылок, двигаясь обратно в спортивный зал.
— Но для тебя — могу сфоткать, — подумав, признался Итан.
— Не, мы же друзья. Не стану я друга подставлять, — похлопал я его по плечу.
Да и нет в Амелии ничего примечательного. Кроме накапливающихся странностей, разумеется.
Только и те, если честно, безобидные — сойдут за местные особенности.
— Ты где был? — Топнув ножкой, встретила меня Амелия на входе, сложив руки на груди.
— Да так… — Собрался я отбрехаться. Но потом, прикинув, решил сказать иное. — Подрался немного.
Амелия охнула, опустив руки и тревожно разглядывая мое лицо.
— Ты не на меня, а на них посмотрела бы, — добавил я скромно.
— Он крутой! — Поддакнул Итан от левой руки. — Четверых раскидал!
— Всего четверых, — двинул я плечом. — Ну что, пойдем танцевать?
— Это Кевин и его банда? — Засверкали интересом глаза Амелии.
— Ага! — Опередил меня фотограф. — Он двоих на землю положил, и Кевин с Дастином мириться полезли!
— Фото сделал?
— Чтобы они мне пленку засветили после такого позора? Я же не дурак!
— Ладно. Главное, учителям ничего не говори! — Строго выговорила она ему.
— Я же не стукач.
— Иди, надпись твою доделали, — потрепала Амелия его по волосам, а затем посмотрела на меня. — Пойдем, — взяла девчонка за руку и потянула через зал к дверям во внутренние помещения.
Ребят на верхних скамейках уже не было — видимо, поехали развлекаться.
Через проход и залы для переодеваний мы вышли в пустующий коридор, затем поднялись на второй этаж и ушли в какой-то дальний закоулок с единственной дверью без таблички, но зато со столом рядом с ней и наваленными на него бумагами.
— Куда бежим? — Как остановились, спросил я с удивлением.
— Я нашла решение для твоей проблемы с зажатостью! Надо расслабить вот здесь! — Слегка приподнявшись на цыпочках, коснулась она пальцем моего лба.
— Что-то я не вижу тут массажного кресла, — попытался я отшутиться, не понимая.
— Есть лучше, — выглянув в коридор, она тут же вернулась и зашебуршала бумагами на столе.
Повернувшись уже с закрытой флягой из нержавейки в руках.
— Коньяк, отцовский, — шепотом произнесла она, вручая.
— А он не хватится? — Принял я флягу.
— У него такого полно! — Заверила она.
— Тайник на выпускной? — Кивнул я на стопку бумаг.
— Ага. Там коробка с замком. — Нетерпеливо перешагивала она с ноги на ногу.
Я скептически посмотрел на емкость — в ваннах мне кислоты ничего не делали, а тут предлагалось захмелеть от спиртного… С другой стороны, еда ведь вкусная — и острое щиплет, и соленое со сладким чувствуется… Ладно, не напиваться же собрались — а вдруг, действительно, танцевать будет проще. Давненько я не пил…
Открутив крышку, сделал небольшой глоток. А ничего — приятное тепло прошло по телу и разлилось в животе.
— Вкусно, — пришлось признать.
Амелия невозмутимо перехватила коньяк, отпила, опершись на стол, и вернула мне.
Я, наверное, посмотрел очень уж осуждающе.
— Что? — Хмыкнула она.
Да я-то ничего, это у ее отца все ходят по струнке — а супруга выполняет распоряжения еще до того, как он их произнесет.
