— Мы тут временно, — словно оправдываясь, уселся мистер Чанг на красное велюровое автокресло с подлокотниками.
Тяжело без менталиста, наверное. Серьезная операция поручена — а всего сутки, и отряд выглядит шайкой приподнявшихся бомжей, где-то раздобывших машины и чистую одежду.
Я, впрочем, с едкими комментариями не лез — присмотрелся к дивану с кожаной обивкой, вырванному из какого-нибудь седана, осторожно потрогал кожу, принюхался — вроде чистая — и уселся. Запах от костра, по счастью, весь уходил в окна — есть шанс, что не впитается в одежду. Где-то позади заняла место девчонка — могла бы остаться в машине, но сама не захотела.
По парковке — на нашем уровне и на этаже выше — остались следить трое наблюдателей. Еще двое подручных мистера Чанга были рядом — работали возле котла, потрошили армейские пайки и возились с пластиковыми тарелками, выставляя их на невысокий столик. Один остался возле кафе — улаживать проблемы и увозить беднягу-водилу в Твин Фоллс на время пока все не закончится. Итого, вместе с самим Чангом, семеро. Добавляем мертвую Эрику — восемь человек, две машины. Фактически, осталось шесть.
— Не мало вас для спасения мира? — Не смог не задать вопрос, осмотревшись.
Беда какая-то с кадрами, что тут, что в Сан-Франциско. Там, правда, изначально хотели подставить — поэтому нас и было всего трое. Вдруг и здесь отряд предназначен в расход?..
— Тут — кончик иглы, — невозмутимо посмотрел китаец по сторонам. — Давление, как вы знаете, это отношение силы к площади воздействия. Силы у нас немеряно, — кивнул он на кузов одного из джипов.
Я видел, как из кафе туда затаскивали громоздкий аппарат, больше всего напоминающий трансформатор без кожуха, уложенный набок — обмотки медной проволоки, угрюмого вида платы со здоровенными элементами, непонятные загогулины и не ясного назначения приборы. Весом оно было килограмм под сотню, судя по тому, как его вытаскивали из кухни вдвоем — и как потом просели амортизаторы на машине.
— Знать бы, на что вы рассчитываете, — хмыкнул я.
— Ну, за пять лет мы продвинулись далеко, — потянулся китаец к переносице. — Ах да, вы не вернете пульт? Не беспокойтесь, установка обесточена.
— Раз обесточена, пусть полежит у меня. — Равнодушно пожал плечами.
— Хотя бы кнопку отожмите, батарейка тратится.
— Это — легко.
Достав пульт, выщелкнул я батарейку. Зубочистка осталась на месте.
Мистер Чанг поморщился и попросил снова:
— Перед рабочим режимом двойное нажатие. А если сразу зажать надолго, то мгновенная активация. Лучше передайте мне пульт, не будем рисковать.
Добавив зубочистку к батарейке, я вновь убрал все в карман.
— Итак? — Пригласил я к беседе.
Недовольное выражение лица профессора мне было без разницы. Что-то подсказывало, что пульт у них один — а раз так, то разменивать их спокойствие на собственное я не собирался.
— Что именно вы хотели бы узнать? — Вернул себе невозмутимость Чанг.
— Все о ваших разработках, разумеется. Мой аванс.
Тот набрал воздух в легкие, но все же вместо речи кивнул в сторону котелка:
— Может, дождемся еды и поговорим позже?..
Оттуда уже шел довольно приятный запах.
— Начнем и прервемся? — Поерзал я на месте.
— Ладно, — усмехнулся китаец. — В основе всего — понимание происходящих процессов, основанное на наблюдениях… Вы не задавались вопросом, почему людям надо подходить к черному обелиску, а животные вполне неплохо поднимают уровни и без визита к нему?
— Животные не выбирают способности.
— Это очевидное следствие, но не причина. У людей есть вход в эволюцию — черный обелиск. Коснулся — попросил — погрузился в раствор — достиг первого уровня. У животных не так: они прогрессируют по мере поглощения измененной плоти. А свое первое усиление и повышенную агрессивность звери получили чуть ли не в первые секунды Беды.
Помню соседскую собачку — до сих пор жалко…
А ведь действительно — тот шпиц никак не мог коснуться обелиска, они только выходили на прогулку, когда все началось…
— И какие выводы? — Задумался я. — Обелиск — не главное? Какое-то излучение, изменяющее зверей?.. Станции на орбите?
— Мы проверяли версию и с излучением, и со станциями. Следили за ночным небом — в горах было необходимое оборудование. Нам, к слову, приходилось учитывать и тот технический мусор, что летает на орбите… Но — нет. Никаких активных источников, да еще в таком количестве, чтобы покрыть континент, мы не обнаружили. Зато другая группа исследователей, не занятая небом, продвинулась и достигла успехов.
Я слушал с интересом, и мистеру Чангу это нравилось. Так что принесенные тарелки с едой и я и он восприняли уже без такого энтузиазма — помехой беседе, вынужденной причиной прерваться.
Поели, отдали пластиковые тарелки, получили горячий напиток со вкусом апельсина — порошковый, но сладкий. И чуть более вальяжно расположившись на креслах, продолжили разговор.
— Группа пыталась воздействовать талантом на объекты в герметичной камере. Вы знаете, лабораторные стенды — фильтрация, прогонка инертными газами, последующая откачка среды до состояния вакуума.
— Так… — Заинтересовался я.
