Конечно Колька знал что я схожу по Ромашке с ума. Да каждый у кого были глаза видел это. В её присутствии, особенно последние месяцы когда она еще жила в нашем дворе, я не мог говорить , мучительно краснел и не мог дышать. А то что у меня тупо встает каждый раз стоит ей подойти ко мне чуть ближе стало поводом для всеобщих шуток. Я умирал от стыда но ничего поделать с этим не мог. Я хотел её наяву, и в моих эротических снах тоже царила только она.
Но еще хуже стало когда я увидел как мой брат её целует. Сейчас в высоты прожитых лет я понимаю что это было совершенно невинно просто губы прижатые к губам , никаких там языков и запретных ласк. Но тогда мне казалось что сердце мне вырезают наживую от этого зрелища. Это было так невыносимо больно , но все равно я и на секунду не мог отвести глаз. Боль разрывала грудь , а мой член, мать его, рвал мою ширинку, потому что я представлял свои губы на её губах. Мне было почти пятнадцать, брату семнадцать и я точно знал что у меня нет ни единого шанса. Колька был заводилой и хулиганом, красавчиком, а я просто его бледной тенью. Но никакие доводы разума не могли остудить мою горячую голову. Я хотел что бы Лиза была моей девчонкой. Я мечтал об этом днём, грезил по ночам. Она была наваждением , болезнью , мучением и самой главной радостью. И я каждую ночь себе обещал что однажды я стану достойным и Лиза меня заметит.
А потом они переехали. Ромашка не хотела уезжать. Впервые тогда я видел слёзы в её зеленых глазах. Она смотрела на нас сквозь стекло в автомобиле и слезинка катилась по её щеке.
А я стоял и не мог понять то ли я несчастен от того что она исчезает , то ли я рад потому что больше не буду видеть как мой брат прижимает свои чертовы губы к её рту. Я уже тогда дал себе слово что найду её. Пусть через время. Но обязательно найду. И она уже тогда забудет Кольку и для неё буду существовать только я. А я за это время стану другим парнем, тем кого бы она заметила , с кем она захотела бы встречаться, а не просто Ромочкой братом крутого парня Кольки, и сыном алкоголички и отца уголовника. Я стану кем то другим и Ромашка полюбит меня.
Я ведь знал что Колька не станет её искать. Он уже тогда тр *хался с девчонками за её спиной . Она ведь была еще совсем соплячкой. Как он цинично замечал что растит эту сказочную принцессу для себя, на будущее, но монахом жить до того времени не обязан. А когда Лизкина семья неожиданно переехала он и вообще сорвался во все тяжкие. Теперь то скрываться ему не нужно было. Он таскал девок в нашу квартиру каждую ночь. Нет конечно он тосковал по своей маленькой чистой принцессе , как бы не притворялся бесчувственным , но Лиза никогда не была центром его вселенной как у меня.
Тем летом я впервые устроился на работу. Хозяин автомойки , что была в трех кварталах от дома согласился взять меня на испытательный срок. Я пахал как проклятый , до онемения в руках и ногах , стараясь удержаться на работе. И он оценил мои старания и взял меня на постоянку. И я стал единственным кормильцем в семье .Колька тоже подрабатывал , но он все тратил на себя . Я же таскал домой продукты и стал гасить вечные долги за коммуналку. Мать по началу пыталась требовать у меня денег на бухло, и даже устраивала обыски в моей комнате ,но я не хранил деньги дома. Постепенно она отстала, довольствуясь и тем что ей с бесконечными собутыльниками всегда есть чем закусить.
В свои выходные я ездил через весь город к школе где теперь училась моя Ромашка и смотрел на неё издали. А по ночам опять мучился сгорая от желания , потому что она становилась все красивее с каждым днем. Расцветала , сводя меня с ума все больше.
Так прошло два года. То что я изменился за это время я понял по томным взглядам одноклассниц первого сентября . Если весной уходя на каникулы они меня едва замечали, то теперь то и дело пытались заигрывать и делали недвусмысленные намеки. Еще бы я был уже не тот хлюпик Ромочка. Все лето я проработал на стройке, физическая работа на солнце изменила моё тело , а деньги которые теперь имелись в достатке сделали остальное. Да я не был богатым мажорчиком , но девчонки хотели меня , я ведь не слепой. Но для меня существовала только одна девчонка. И собравшись наконец с силами , я поехал к её школе решив что уже пришло время предстать перед Лизой в новом качестве и сказать ей наконец что я к ней чувствую.
Я стоял за углом ,выжидая когда кончаться уроки. На крыльце мялись еще насколько крепких парней, явно из выпускного класса. Наконец моя Ромашка вылетела как ураган на крыльцо в золотистом облаке своих волос и моё сердце замерло . Как же я скучал по ней все это время, как тосковал!
Но ей навстречу шагнул один из парней и она с визгом повисла у него на шее. А он нагло , прямо перед всеми собственнически поцеловал её!
