Фигура усиления недаром была самой опасной из фигур высшего порядка, и очень даже не зря лэн Даорн в свое время так всполошился, едва ее увидел. Как только я потерял контроль, слипшиеся воедино фигуры разродились еще одной серией ветвистых молний, которые дополнительно повредили стены полигона. А потом скукожились, сжались, поднатужились и одновременно с обвалившейся крышей вдруг жахнули так, что меня, несмотря на то что я находился почти у выхода, попросту снесло. Причем случилось это настолько быстро, что я охнуть не успел.
Все, на что меня хватило, – это сгруппироваться и машинально… на одних лишь инстинктах выставить вокруг себя электрический щит, который, как кокон, окружил меня сверкающей и сердито гудящей сферой.
После чего вокруг потемнело. Раздался еще один оглушительный взрыв. Меня закрутило, завертело, с бешеной силой отшвырнуло… к сожалению, не к двери, а прямо на тренажеры. После чего раздался дикий грохот, треск и жалобный звон потревоженных взрывом железок.
Меня, как пушинку, закувыркало среди тяжелых снарядов, деревянных брусьев и покореженного металла. А потом наконец бросило куда-то в сторону, да и еще и сверху прихлопнуло. С такой силой, что я не справился и потерял сознание, успев напоследок подумать, что все-таки подвел наставника и по глупости своей угробил не только свои, но и его надежды на участие в турнире.
Когда я пришел в себя, вокруг было тихо и темно. Ну в смысле относительно тихо и темно, потому что, как оказалось, выставленный наспех щит, хоть и порядком ослаб, по-прежнему функционировал, поэтому кое-что видеть я все-таки мог. Да и гудение над ухом так и не прекратилось.
Первое, что я выяснил, когда очнулся, – это то, что нахожусь в очень тесной, душной, явно искусственно созданной полости, да еще и в крайне непривычном положении. Оказывается, во время удара я сгруппировался, как младенец в утробе матери, и инстинктивно принял максимально безопасную позу, сложившись так, чтобы закрыть жизненно важные органы. В таком виде меня, судя по всему, и накрыло, поэтому сейчас я сидел, скукожившись и подтянув под себя чудом уцелевшие ноги, руками крепко обхватил колени, а голову прижал, как этому обычно учат в самолетах для предотвращения или минимизации последствий во время аварий.
При этом щит, как ни странно, тоже уцелел, вероятно, бросив все силы на обеспечение моей безопасности. Однако взрыв и для него даром не прошел, большая часть энергии рассеялась в пространстве, поэтому сейчас между ним и мной свободного места имелось всего-то на одну ладонь. Так что я ни голову толком поднять не мог, ни ноги распрямить, ни тем более лечь или подняться.
«Угроза для носителя крови минимизирована, – в своей обычной манере доложила Эмма. Причем меня всегда удивляла эта ее двойственность: во время сложных моментов она по-прежнему действовала как система и лишь в обычное время вела себя как человек. – Произвожу оценку состояния носителя. Физические параметры в норме. Ментальные параметры в норме. Состояние магического дара расценивается как…»
«Да будь ты уже проще», – попросил я, и Эмма неожиданно запнулась.
«Твой дар стабилен, – после короткой паузы уже нормальным тоном сообщила она. – Физически ты тоже не пострадал. Поза максимального закрытия уберегла тебя от травм».
«Значит, это ты меня так сложила?»
«Ты не успевал сделать это сам, но реакции тела это позволяли».
«Спасибо», – тихо поблагодарил ее я, а потом осторожно приподнял голову и все-таки огляделся.
Судя по всему, завалило меня обломками по самую маковку. Мало того, что я среди тренажеров успел покувыркаться, так, похоже, напоследок еще и в стену врезался, так что сейчас со всех сторон меня окружали целые горы строительного мусора. Оплавленные кирпичи, огромные куски закаменевшего раствора, обломки досок, обрывки матов и даже куски разрушенных тренажеров.
Когда я поднял взгляд, то аж поежился, обнаружив над самой макушкой аккуратно обрезанный, уже не раскаленный, но еще слегка дымящийся металлический штырь. Похоже, при падении щит его обрезал, иначе я бы уже повис на нем, как упитанный барашек на вертеле.
Самое же неприятное заключалось в том, что окружившие меня горы выглядели до крайности нестабильными: стоило мне лишь чуть-чуть пошевелиться, как наваленные со всех сторон камни тут же пришли в движение, а один из них свалился прямо на щит, и тот моментально заискрил.
Только тогда я понял, что на самом деле между щитом и завалом имелась крохотная прослойка воздуха.
«Найниитовое поле работает на полную мощность, – подтвердила мою догадку Эмма. – Весь имеющийся в наличии найниит равномерно распределен по поверхности щита, чтобы уберечь его от возгорания».
Это да. Найниитовая защита, конечно, удручающе тонка, на нормальную у меня бы материала просто не хватило, но все равно спасибо. Если бы тут еще и мусор начал гореть, я бы уже задохнулся. Но сейчас меня гораздо больше беспокоил другой вопрос.
«Эмма, что произошло? Ты проверила дар? Где я лопухнулся?»
«Произошла дестабилизация внешней магической фигуры».
