– Зачем же вы это сделали, курсант Гурто? – все еще на удивление спокойно осведомился директор, неотрывно глядя на мое залитое кровью лицо.
– Трудно сказать. Они ведь пришли с миром, – неожиданно усмехнулся я. – Раньше нам доводилось конфликтовать, лэн. Но с недавних пор, полагаю, лэн Босхо устыдился своих прежних устремлений, взялся за ум и пришел извиниться. А я, как видите, его благородный порыв не оценил.
Лэн директор мельком покосился на начальника охраны, тот, в свою очередь, едва заметно кивнул. После чего лэн Даорн открыл какой-то файл на компьютере, полистал что-то, внимательно изучил… хотя чего там изучать-то? Вся ситуация уложилась мэнов в пять от силы. И если посмотреть записи с видеокамер, то получалось, что ко мне и впрямь пришли со всей душой, чуть ли не с хлебом-солью. Босхо даже голос старательно держал спокойным и участливым. Ну, может, лишь совсем чуть-чуть переиграл. Тогда как все его ухмылочки и многозначительные перемигивания его приятелей-утырков видел только я. И лишь я мог слышать, что этот недоумок цедил мне над самым ухом.
– Скажите, курсант Гурто, вы признаете свою вину и то, что вы умышленно травмировали другого ученика? – поинтересовался лэн Даорн, когда закончил изучать доказательную базу.
Я, не глядя в сторону Босхо, пожал плечами.
Ну а что мне еще оставалось?
– Конечно, лэн. Вы ведь знаете, какая я неблагодарная сволочь.
– А вы, лэн Босхо, подтверждаете, что ваш удар стал лишь следствием первоначальной агрессии лэна Гурто?
– Подтверждаю, лэн, и повторяю: я отреагировал излишне эмоционально. Не рассчитал силу и готов понести за это наказание.
– Лэн Наро, лэн Одвин, вы готовы подтвердить слова курсанта Босхо?
– Так точно, лэн… Гурто начал первым… – нестройно отозвались утырки.
– Курсант Гурто, вам есть что еще сказать по этому поводу?
Под пристальным взглядом лэна Даорна я отрицательно мотнул головой.
– Что ж, значит, разбирательство окончено, – впервые за все время разочаровал меня новый директор. – Курсант Босхо, за чрезмерное применение силы в отношении заведомо более слабого соперника вам полагается штраф в десять баллов и месяц исправительных работ на школьной кухне. Что же касается вас, курсант Гурто… мне нужно подумать, как вас наказать. Остальные свободны. Можете возвращаться к своим делам.
Когда посторонние друг за другом вышли, оставив меня один на один с лэном Даорном, директор поставил локти на стол и, переплетя пальцы, задумчиво на меня уставился.
Я терпеливо стоял, ждал, время от времени шмыгая разбитым носом. Эмма, конечно, там все подлечила, кости, как и раньше, не были повреждены. Но отек меня снова ждал довольно приличный. Только-только успел прежний сойти, как нате вам, еще один сделали. И ходить мне, наверное, с ним теперь долго.
– Что же мне с вами делать, курсант? – тяжело вздохнул директор, когда я уже решил, что ни слова от него больше не дождусь. – Почему вы промолчали? Почему не сказали, что на драку вас умышленно спровоцировали?
Я глянул вниз, на пол, на который уже успела накапать небольшая лужица крови, и неопределенно дернул плечом.
– Что с вами не так, курсант? – тем временем задал новый вопрос лэн директор. – Разве вы не ищете справедливости? Вам не хочется наказать недоброжелателей, которые откровенно нарывались на драку?
Я мельком на него покосился.
– Курсант Босхо – не слишком хороший лицедей, – подтвердил мое предположение директор. – Ему не очень хорошо удается скрывать свои истинные эмоции. Хотя формально все выглядит именно так, как он сказал. К вам подошли с извинениями, вы отказались их принять…
– Считаю, что имею на это право, лэн, – наконец буркнул я.
– Может быть, и так. Но калечить, как мне кажется, за это чрезмерно.
– Я действовал по обстановке, лэн.
– Неужели? – прищурился мужчина. – И как же вы оцениваете случившееся? Какова ваша оценка обстановки, которая вынудила вас на применение силы?
Я тихонько вздохнул.
– Босхо держал меня за мундир. На камере этого не видно, но очень скоро мне стало бы нечем дышать. Сэнов через двадцать я, вероятно, потерял бы сознание, однако я не мог оставаться беззащитным против троих противников. Поэтому начал действовать.
– Откуда вы знаете, что там есть камера, курсант? – обманчиво ровным голосом поинтересовался лэн директор.
Хм. Вообще-то их там теперь две. И одна, о чем Босхо явно не знал, являлась скрытой. Вот она-то вполне могла зафиксировать наше положение со спины, однако лэн Даорн ничего на эту тему не сказал. И сделал вид, что второй записи попросту не существует.
– Раньше камера висела всегда над дверью, лэн, – подумав, исправился я. – Потом ее демонтировали, но в том месте теперь краска другого оттенка. Когда на стену падает свет, она немного бликует, поэтому я подумал, лэн, что это просто новая модификация. Хотя, быть может, я и ошибся.
Он несколько мгновений смотрел на меня с таким видом, словно пытался понять, что именно творится у меня в башке. А потом с новым вздохом встал, отошел к окну и, сложив руки за спиной, неспешно уронил:
