История клиента
Ее звали красивым польским именем Эва. Бывшая фотомодель, она удачно вышла замуж за одного известного магната-вдовца Александра, значащегося в списке Форбс, причем так, к счастью, сложилось, что чувства оказались обоюдными, и финансовое благополучие в их браке играло далеко не первостепенную роль. Родственников у юной жены не было. Мать воспитывала Эву одна и умерла от рака через год после триумфа дочери, успев увидеть ее лицо на обложках самых известных журналов.
Эва родила возлюбленному двоих детей: Степана и Анну и помогала ему воспитывать сына Михаэля от первого брака, которому на момент второй женитьбы отца исполнилось пятнадцать. Мальчик отнесся к мачехе очень агрессивно, обвинив отца в том, что тот предал память матери. Эва изо всех сил старалась наладить контакт, но это было невозможно. Впрочем, Михаэль все равно учился в Швейцарии, так что конфликты хотя бы не были ежедневными и случались только во время редких визитов пасынка на каникулы. Александр считал, что сын повзрослеет и перебесится и нечего потакать его пустым капризам. В конце концов, он обязан слушаться отца и выполнять его волю, а нравится ему это или нет – значения не имеет.
К сводным брату и сестре Михаэль относился равнодушно и отстраненно, но явной агрессии не проявлял, делая вид, что не замечает их.
Через шесть лет Михаэль, получив хорошее европейское образование, стал работать на предприятии своего отца. Ему на тот момент исполнился двадцать один год, Степе было пять, а Анечке – два с половиной годика. Михаэль стал гораздо чаще бывать в доме отца, обсуждая дела, и время от времени даже оставался там ночевать. Казалось, что все наконец пришло в норму и сложный этап взаимоотношений ушел в прошлое. Эве очень хотелось в это верить, но иногда она ловила на себе ледяной ненавидящий взгляд пасынка, от которого по ее спине бежали мурашки. Сначала она говорила себе, что ошибается и придирается к мальчику, но ощущение и предчувствие чего-то нехорошего не покидало ее.
Кстати, кроме красивой внешности, жена магната обладала острым умом, успела получить неплохое образование и стала выпускать свою линию одежды, открыв благодаря мужу около пятнадцати бутиков в разных городах и странах. Хороший вкус, умелый маркетинг и деловая хватка Эвы привели к тому, что ее бизнес начал процветать и приносить прибыль: муж дал только стартовый капитал, а всего остального она добилась сама. Эва старалась больше внимания уделять детям, но работа тоже была ее детищем.
Впрочем, гувернантка Лена оказалась неоценимым сокровищем: скромная, веселая, доброжелательная, она умела обращаться с детьми, которые в ней просто души не чаяли. Эве она тоже нравилась, поэтому иногда они вполне дружески и доверительно болтали. Хозяйка даже оплатила ей заочное обучение в институте на факультете психологии, за что девушка была той очень признательна.
Через несколько месяцев после появления Михаэля в доме начались неприятности. Старший сын уговорил отца завести бойцовых собак, уверяя, что даже сложная система сигнализации и охранники не могут быть настолько эффективны, как натренированные псы. Электричество может отключиться, генераторы выйдут из строя, человеческий фактор непостоянен и дает сбои, а животные смогут вовремя предупредить хозяев, а то и защитить их. Александру хотелось поощрить сына, поэтому он дал добро и в доме появились два огромных алабая. Никто не знал, как и почему это произошло, но как-то раз собака набросилась на Степу и только каким-то чудом не загрызла его до смерти: один из охранников в прыжке оттолкнул малыша и принял удар на себя. Уже падая, он выстрелил собаке в живот, отделавшись только большим уродливым шрамом на плече. Александр собственноручно пристрелил и второго пса. Охранник получил в благодарность трехкомнатную квартиру и новый автомобиль – хозяин умел быть благодарным. Михаэль так сокрушался и так искренне просил прощения, так сильно корил себя, что отец не стал его наказывать. Непредвиденные случайности, что ж теперь… Кто знал, что так получится. Степа несколько месяцев посещал психолога, и страшное событие удалось вычеркнуть из памяти ребенка. Детская психика имеет хорошие защитные барьеры, вытесняя из сознания все страшное и неприемлемое.
Три месяца спустя семья переехала на свою виллу в Черногории, чтобы дети дышали свежим морским воздухом, купались и оздоравливались в благоприятном климате.
Две недели спустя после переезда случилось еще одно неприятное происшествие. Александр улетел на важные переговоры в Штаты, Эва была вынуждена уехать на три дня в Вену на открытие своего нового магазина, а дома оставались Михаэль, Степа с Аней, гувернантка Лена, повар, два водителя и охрана.
Михаэль уговорил Лену взять детей, одного из охранников и отправиться на отцовой яхте к чистому дикому пляжу в получасе езды от дома. Идея показалась всем привлекательной. Лена собрала корзинку для пикника, Михаэль предупредил охранника Костю, который, кстати, великолепно справлялся не только с основной работой, но и с управлением плавучим средством передвижения, и они отправились.
Семья часто посещала этот пустынный пляж и раньше, соблазняясь тишиной, отсутствием туристов и довольно пологим дном, подходящим для купания маленьких детей. Галька им не мешала, поскольку детишки купались в специальных тапочках, а надетые на их тельца надувные жилеты позволяли следить за малышами не слишком пристально. Когда накупавшиеся всласть дети вылезли на берег, Михаэль затеял с ними игру в пиратов и в поиски спрятанного старинного клада. Степа с Аней, визжа от радости и возбуждения, бросились за ним в погоню, прихватив пластмассовые совочки. Костя с Леной остались вдвоем и, слыша голоса возвращавшихся детей и Михаэля, стали раскладывать снедь для пикника.
Юный хозяин откупорил бутылку вина, угощая им Лену и Костю и приговаривая, что если чуть-чуть, то вреда не будет. Спустя час, они решили (казалось, это была общая идея), совершить «кругосветное» путешествие по Которской бухте.
Дети уморились, и Лена уложила их спать в одной из двух кают. Михаэль сказал, что тоже немного подремлет и ушел на корму. Костя с Леной снова остались вдвоем посреди морской глади и, разморенные жарой и выпитым ранее вином, задремали на шезлонгах.
Очнулись они внезапно, даже не услышав, а скорее почувствовав отчаянный детский крик. Костя моментально соскочил с шезлонга, бросился к борту и увидел отчаянно бьющуюся в воде фигурку Ани. Не раздумывая, он сиганул в воду, успев практически в последний момент подхватить безвольное тельце девочки, опускающееся вниз, на дно. Анюту откачали, но она так и не смогла сказать ничего внятного. Степа тоже ничего не видел. Михаэль появился в последний момент, зевая и потягиваясь. Он помог Косте вытащить сестренку на борт, закутать в полотенце и успокоить. Лена тряслась от ужаса, сознавая свою вину за то, что не уследила за подопечной. Михаэль довольно жестким приказным тоном предложил им не рассказывать о происшествии, тем более учитывая то, что все благополучно закончилось. Лена и Костя нехотя согласились…
Прошло полгода. Семья давно вернулась обратно, в дом, являвшийся главной резиденцией Александра и его семьи. Вроде все шло как обычно, но до Эвы так или иначе доходили какие-то отголоски тревоги: то кто-то слил в интернет ее новую коллекцию еще до показа, то ушел к конкурентам богатый и перспективный клиент, то партнеры ни с того ни с сего подняли цены на услуги без предупреждения и объективных причин…
В один из дней, поехав как обычно, в свой офис, Эва обнаружила, что у машины отказали тормоза и ее невозможно остановить… Хорошо еще, что, садясь в машину, Эва говорила по телефону, давая подробные указания одному из помощников, а поэтому ехала очень медленно, хотя обычно разгонялась до двухсот километров в час. Любимая спортивная «феррари» медленно съехала на обочину, процарапала днищем землю и лениво поползла вниз, в кювет, пока не зацепилась за валун и не заглохла. Открыв дверцу, женщина вывалилась наружу и с трудом набрала номер мужа. Охрана из дома подоспела быстрее. Муж приехал спустя три часа и тут же распорядился вызвать эвакуатор и отвезти тачку на сервис. Ошарашенный мастер сообщил, что автомобиль явно был попорчен нарочно, назвать повреждения случайной поломкой было нельзя.
Расстроенная Эва отменила встречу и, чтобы снять стресс, взяв бутылку коньяка, заглянула в комнату Лены. Сбивчиво она рассказывала той свои нелепые подозрения, перебивала сама себя, ругала и говорила, что она просто подозрительная дура, у которой явно не все в порядке с головой. Лена не смогла больше молчать и в слезах поведала историю о тонувшей Анечке. Обе ошарашено замолчали, понимая, что подозрений становится все больше, но фактов никаких нет. Машинально Эва взяла с прикроватной тумбочки Лены какую-то книгу и стала перелистывать страницы. Гувернантка встрепенулась и сказала, что Эве надо прийти на прием к автору книги, потому что если кто и сможет помочь узнать правду, так это он.
Так Эва и появилась на пороге моего кабинета. Сомневающаяся, полная скептицизма и скрытой надежды, она поведала эту историю. Неловко выложила передо мной фотографию Михаэля и затихла. Мне пришлось попросить ее, чтобы она подождала в соседней комнате. Я сосредоточился и погрузился в прошлое пасынка моей клиентки, шаг за шагом наблюдая за его действиями. Постепенно подтверждались самые нехорошие предположения. Я попросил Эву, чтобы та вызвала ко мне своего мужа, не объясняя причины. Александр оказался недалеко и через полчаса присоединился к нам. Услышав первые мои слова, он вспылил, резко вскочил и попытался уйти, но услышав подробности, которых, кроме него, никто не знал, молча вернулся и сел в кресло. Я сказал ему, где лежит дневник Михаэля – лучший свидетель его замыслов и преступлений.
Тетрадь нашлась довольно быстро, и все подтвердилось. Обида Михаэля на отца была слишком сильна. Подогреваемая изощренным умом, она создавала и планировала варианты наказаний и для предавшего отца, и для тех, кого его кровный родитель так несправедливо выдвинул на первое место, оттеснив пасынка в последний ряд.
Александр был потрясен. В голове у него не укладывалось, как его родной сын мог выдумать и желать осуществить такие жестокие планы. Разумеется, он предпочел не выносить историю на общественный суд. Он отправил сына под строгий надзор в одну из клиник, специализирующихся на сложных состояниях деструкций. Это была очень дорогая тюрьма закрытого типа, которую ее пациенты покидали чаще всего только в одном случае – после собственной смерти. Разумеется, ни о каком наследстве для Михаэля или попытки его реабилитации и возвращении речи уже не шло.
