— Я в жизни не видела ни твою мать, ни твою бабушку, — честно призналась Велия.
— И то правда. Бабка скорее попыталась бы тебя завербовать. Значит отец. Сколько им можно обьяснять, не соваться не в свое дело! — голос Секста уже стал не просто раздраженным, а откровенно злым.
— Не надо так, Секст. Он — твой отец, он о тебе беспокоится.
— Я и сам о себе могу побеспокоиться.
— Я тоже о тебе беспокоюсь!
— Тебе — можно. Но зачем они-то в это все лезут???
— Ну, на что я тебе такая сдалась? На корабле полно девушек-сервов, таких красивых, что в игре бы их в Мавританию или Сирию за золото в наложницы продавали бы. И которых, за право уйти в дорминаторы, ты себе в постель пучками можешь укладывать. Да еще и к их полному удовольствию. Ты все равно ничего не теряешь.
— Ты не понимаешь.
— Секст, ты думаешь только о себе. А подумай обо мне. Я — эквитка. Кроме профессиональных обязательств, я еще должна выйти замуж, быть хорошей верной женой, родить здоровых детей и вырастить их. Как ты думаешь, легко это сделать, если наши отношения затянутся?
— Вот как? Значит, Долг… — усмехнулся Секст, и это неприятно царапнуло ее, но он тут же добавил мягче, — Я понимаю. Извини. Правда ты забываешь, что любая проблема имеет более одного решения. Но я понимаю. В любом случае, твой будущий муж не будет возражать, если мы просто поговорим о разных делах под чашечку кофе?
Против дел и кофе муж, конечно, возражать вряд ли мог. А потом чашечка кофе и разговор закончились как обычно. Еще пару раз Велия пыталась начать тот же разговор с тем же результатом. Может все-таки прислать рабочих-сервов, чтобы наклеили на потолок звездную карту?
Секст расслабился и улегся рядом на спину, одной рукой все еще обнимая и поддерживая ее за плечи, а другую уверенно возложив ей на левую грудь. Велия тоже расслабилась закрыв глаза. Ей было тепло, спокойно, уютно. Хотелось, чтобы это мгновение продолжалось вечно. Но у нее был план, и его надо было претворять в жизнь.
— Секст? — окликнула она.
— Да?
— А у тебя была девушка в Игре?
— Ну, как сказать, — не сразу ответил он.
— Понятно. Она хоть знала, что она твоя девушка.
— Ты и правда очень умная, — меланхолично откликнулся он.
— А почему она не знала?
— Как-то не мог решиться. Красива, умна, решительна. Совсем как ты. Она была просто слишком хороша для меня.
— Для тебя-то? А что, такие бывают?
— Для меня. Бывают.
— А я? Сойду и так?
— Не надо. Раз уж у нас вечер воспоминаний, можно спросить о том же тебя?
— Да, был. Нет, не знал. Да, был слишком хорош для меня.
— А я, что, не слишком хорош?
— А ты меня спрашивал? И да, слишком хорош, потому у нас ничего и не выйдет. И, если тебя это интересует, то да, если бы Нейл обратил на меня внимание, я бы ему тоже отказать не смогла.
А-а, семь бед — один ответ, решила про себя Велия. Если он был один из тех неудачников, которые глотали слюни, когда она проходила мимо, то может просто бросит ее, узнав, что она была влюблена в Нейла, от одного вида которого те же неудачники пачкали штаны с перепугу. И тогда она сможет продожить жить своей жизнью, какая бы она ни была. Секст и правда дернулся, услышав имя:
— Нейл?
— Наш кланлидер. Темный паладин. Четырехсотый уровень.
«Моих непрошенных кавалеров намазывал на хлеб на завтрак,» — чуть не добавила она, но сдержалась. Странно, но ожидаемой реакции от Секста не последовало.
— Ты была в клане «Плохие парни»?
— Ну, была…
— Я могу узнать кем?
— Извини, но вот это я точно тебе не скажу, — ответила Велия. Ага, конечно, так я тебе и сказала! Особенно учитывая, что по утверждению Квинта, ты там в меня был влюблен.
— Могу я поинтересоваться, почему?
— Могу я узнать, кем ты был в Игре?
— Туше, — признал Секст, и вместо того, чтобы возмутиться ее бывшими пристрастиями, улыбнулся, по-хозяйски поцеловал ее в грудь, а потом расслабленно откинулся обратно на спину.
— А почему ты не обьяснился с ней? Ну, ладно, тогда понятно, а позже?
— А позже я ушел в реальность. А она осталась в Игре. И нам больше никогда не встретиться.
— Почему не встретиться? Вон у тебя капсула стоит. Адмиральскую каюту же неизвестно кто занимать будет, поэтому она всегда оборудована эквитской капсулой.
Настала пауза.
— А знаешь, я и правда не сообразил. Ведь когда я первый раз вылез, я думал, что это специальная Священная Реальность, этакая игровая локация для суперквестов. Потому и думал, что отсюда обратно ходу нет. А я ж просто из капсулы вылез. И так же могу и обратно зайти…
Секст задумался.
— Хотя нет, Игра флотилии — это лишь небольшой фрагмент, какие шансы, что она тут, а не осталась на планете?
— Ну, хотя бы расспросишь о ней. Могу я поинтересоваться именем твоей недосягаемой любви?
— Велинэ, заместитель лидера того самого клана «Плохие Парни», и заодно твоей недосягаемой любви, — ответил Секст с улыбкой.
— У нас с тобой подозрительно совпадают вкусы, — откликнулась Велия, не зная что сказать в ответ, но мысленно отметив, что Квинт не соврал.
— И не говори.
