Он поднял рольставни, включил свет, открыл морозилку и жестом пригласил меня внутрь. Я с радостью зашвырнул тушу паука в морозильник и размял затёкшую спину. Ребята вошли внутрь гаража, после чего Макар закрыл рольставни.
— Если то ограбление, то довольно глупое, ведь все деньги находятся в ломбарде, — улыбнулся Измаил и засунул руку в карман.
Готов спорить, у него там либо пистолет, либо артефакт.
— Измаил Вениаминович, почему вы вечно видите в нас грабителей? Вы же сами предупреждали меня не светить пространственным кольцом. Вот я и не свечу, — улыбнулся я и выбросил из хранилища недооборотней и пауков.
Туши рухнули на пол, завалив весь проход, одна из них соскользнула и замарала ботинки ростовщика.
— Та то что, испачкали туфли — тоже штраф? — спросил Макар.
— А? Ха-ха. Нет, это ерунда. — Засмеялся озадаченный торговец. — Вы сами их убили? — недоверчиво спросил он и осмотрел нас с ног до головы.
— Конечно, нет. Твари, завидев нашу бравую пятёрку, в ужасе убили друг друга, а мы просто забрали их бездыханные тела, — пошутил я.
— Надеюсь, что так и было. Ведь если вы обокрали одного из разломщиков… — Он многозначительно замолчал.
— Можете не переживать. Всё добыто собственным трудом, — сказал я и зевнул. — Так сколько мы получим в сумме?
— Как я понимаю, Слёзы Мироздания вы вытащили? — Спросил Шульман, и я кивнул. — Понятно. Тогда, давайте так. Все пауки обожжены, таксидермистам не продать, придётся сдавать артефакторам, а они берут только по оптовым ценам, зато и требований к целостности туш не предъявляют. Один вервольф цел, второй так же к артефакторам. А значит… — Шульман задумался, осматривая нас, как будто прикидывал в уме, как сильно он может занизить цену, чтобы мы остались довольны. — За всё дам две с половиной тысячи рублей. — Измаил протянул мне руку, но увидел, что я смотрю на него глазами голодного кота из подворотни. — И не надо на меня так смотреть, я бедный торговец и тоже хочу кушать.
— Две шестьсот? — с надеждой спросил я.
— Две пятьсот, — безапелляционно заявил Шульман и указал на холодильник. — Но если погрузите сюда все туши, то я, во имя нашей с вами дружбы, накину ещё сотню сверху.
— Вот это другой разговор, — улыбнулся я и с помощью кольца в считанные секунды раскидал туши на места, указанные торговцем.
Спустя десять минут мы, спрятав за пазухой стопку купюр, направились в отель, где сняли номер на пять дней вперёд. А вот оплачивать питание не стали, решив посмотреть, чем кормят в кабаке, а заодно послушать местные байки. Вдруг кто из разломщиков расскажет что интересное? Или выдаст координаты расположения разлома? Но сперва нужно было помыться.
Прохоров взял ключ от номера и побежал купаться. Мы, не спеша, последовали в номер за ним. Я плёлся последним. Казалось, что желудок разъедает меня изнутри, требуя питательных веществ. Честно говоря, я бы с радостью пошел в кабак и грязным, но решил, что с чумазым разломщики болтать не захотят. Поэтому придётся привести себя в порядок, всё же паучьей желчью от меня разит за километр.
Ребята уже скрылись за дверью номера, а я остановился, услышав, как соседняя дверь приоткрылась. Из неё выглядывала испуганная девушка. Я уже видел её раньше. Она работала в отеле и убирала номера. Девушка посмотрела на меня и прошептала:
— Уходите отсюда как можно скорее. Это никакие не гвард… — Лицо девушки искривилось от ужаса, а в коридоре послышались громоподобные шаги.
От автора:
Уважаемые читатели, в моей группе телеграмма проводится розыгрыш 3х печатных изданий первых 3х книг по циклу «Не грози Дубровскому!», переходите по ссылке https://t. me/TavernaPanarina и участвуйте в розыгрыше.
Шаги приближающегося человека походили на бой курантов. Они разносились эхом по коридору, словно он не шел, а вколачивал удары пяткой в деревянный пол. От каждого шага девушка вздрагивала. Широкоплечий коренастый мужчина, нижняя губа перечёркнута уродливым шрамом, правый висок украшает ожог; взгляд колючий, во всю щёку — недельная щетина.
Одет в кожаную куртку и штаны из брезентовой ткани, на ногах берцы, судя по всему, с дубовой подошвой. Он шел прямо на меня, но смотрел в сторону приоткрытой двери.
— Софа! — рявкнул бугай. — Какого чёрта не поменяла бельё в моём номере?
— П-п-простите. Я-я-я с-с-сейчас же…
— Хватит трястись. Живо за дело! — прервал её бугай, и девушка, закивав головой, рванула выполнять приказ.
Пробегая мимо мужчины, девушка получила игривый шлепок по заднице и подскочила от неожиданности.
— Хороша баба, да? — спросил у меня здоровяк.
— Мне пять лет, — ответил я, посмотрев на него, как на идиота.
— Мелкота. Подрастёшь — поймёшь, — хмыкнул бугай и пошел вслед за Софой.
— Знал бы ты, сколько мне на самом деле лет, — ухмыльнулся я и зашел в номер.
Из ванной комнаты доносилось писклявое пение Макара. Прохоров уже искупался. Завернувшись в полотенце, он пялился в окно. Сергей и Леший сбросили с себя все тряпки и в одних трусах стояли под дверью ванной.
— Давай шустрее! Певец хренов! — поторапливал Макара Леший, барабаня по двери кулаком.
