В порту их встретили протестующие. Несколько сотен озлобленных горожан организовали лагерь перед главным входом, но капсулы летали взад и вперед над их головами, полностью игнорируя проявление протеста. И горожане с любопытством смотрели, как Араминта идет к ним во главе целой процессии. В передних рядах быстро началось смятение. Одно дело – дразнить неуязвимых и безразличных полицейских, отделенных забором, припоминая им все несправедливости, вызванные оккупацией Виотии, и совсем другое – встретиться лицом к лицу с живым мессией, наделенным загадочными телепатическими способностями.
Араминта была еще в ста метрах от них, когда люди начали расступаться, пока не образовали широкий проход к воротам. Высокие створки быстро распахнулись, и из-за них показалась еще одна группа вооруженных полицейских. Ими командовал сам клирик Пелим, и в его мыслях не было ни сострадания, ни одобрения.
Араминта поняла, что ей предстоит первое настоящее испытание в качестве Сновидца. Пелим не сдастся так быстро, как Дарраклан, но она не сомневалась: в конце концов и он не устоит перед принуждением Ранали. Кроме того, она надеялась на помощь Небесного Властителя, если возникнет препятствие на ее пути в Бездну вместе с остальными верующими. В глазах подавляющего большинства приверженцев Воплощенного Сна она по праву занимает место их лидера, их спасителя. Клирики же станут администраторами и помощниками, обязанными облегчить ей путь. Судя по суровому выражению лица Пелима и тем немногим мыслям, которые он выпустил в Гея-сферу, он и сам начинал это понимать.
«Я должна просто продолжать идти, – сказала она себе в том небольшом мысленном пространстве, которое не допускала до Гея-сферы. – Я должна стать воплощением непреодолимой силы, как и обещала Брэдли. Истинные последователи не допустят, чтобы кто-то мне помешал, тем более сейчас, когда я могу дать старт паломничеству. Это их конечная цель, то, что важнее всего на свете».
На лице клирика Пелима появилась притворная почтительная улыбка.
– Вторая Сновидица, – произнес он, едва заметно выделяя слово «вторая». – Мы рады, что ты наконец вышла из тени. Добро пожаловать.
Араминта даже не замедлила шаг. Она шла прямо на шеренгу полицейских, выстроившихся за спиной Пелима. Бойцы поспешно разошлись в стороны.
– Моя скрытность отчасти связана со страданиями жителей этого мира, – сказала Араминта, увлекая процессию сквозь строй охраны.
Мирабель, державшаяся с ней рядом на всем пути по бульвару Дарьяд, сердито уставилась на Пелима. Неодобрение выразили и остальные участники процессии. Впереди показалась червоточина. Араминта видела окружавшее ее сияние излучения Черенкова и свет солнца, проникавший из другого мира.
Пелим нахмурился, стараясь сдерживаться.
– Заверяю вас, мы сделали все возможное, чтобы…
Он шел рядом с ней, неловко передвигаясь почти боком. Она победила.
– Когда я буду во Дворце-Саду, я потребую полного и открытого расследования вашей роли в этой агрессии, – снисходительным тоном сказала она.
– Что… – только и сумел выдохнуть Пелим.
– Идущий-по-Воде всеми силами старался искоренить насилие. Этому он посвятил все свои жизни. Борьба едва не сломила его, но он выстоял. И мы должны брать с него пример. Организованное вами вторжение противоречит всем принципам Воплощенного Сна. И было бы огромной ошибкой надеяться, что подобные злодеяния останутся безнаказанными.
Араминта продолжала свой путь к червоточине, а Пелим остался стоять с открытым ртом под одобрительные и насмешливые возгласы окружающих. Снаружи, в рядах протестующих, тоже раздались энергичные возгласы.
Араминта, наслаждаясь одержанной победой, гордо улыбалась. Червоточина, обрамленная металлическими стойками с оружием и сенсорами, была уже прямо перед ней. Полицейские Эллезелина расступились. Они сняли шлемы, открыв улыбающиеся лица. Истинные верующие не скрывали своей радости: Вторая Сновидица пришла к ним и возглавит паломничество, как и было обещано. Ее встретили приветственными возгласами и аплодисментами.
– Спасибо, – сказала Араминта. – Большое спасибо всем вам.
Она с трудом удерживалась от смеха. Она не раз наблюдала, как известные политики общались с людьми, и всегда злилась, видя, как они манипулируют массами накануне выборов. Теперь она поняла, как именно: похоже, что это врожденная способность.
У самой червоточины она остановилась и сжала руки Мирабель. С запятнанного подсохшей кровью лица на нее смотрели горящие восторгом глаза.
– Теперь вы можете идти домой, – сказала она взволнованной поклоннице. – Как только корабли будут готовы, мы отправимся в паломничество.
У Мирабель задрожала нижняя губа и в глазах появились слезы.
– Все в порядке, – заверила ее Араминта. – Теперь все будет в порядке.
Произнеся эту невероятную ложь, она почувствовала гордость, что смогла скрыть свои чувства.
Араминта помахала рукой новым друзьям и шагнула через червоточину, сразу попав под более теплые лучи желтоватого эллезелинского солнца.
– Черт побери! – выругался Оскар.
– Это не она, – заявил Томансио.
