Объединенная ЕСРП (Фарейнигте), образованная в мае 1917 г. в результате слияния С.-С. и СЕРП, выступила на выборах одним списком с эсерами. Можно предположить, что Сионистская организация, на выборах в районные думы блокировавшаяся с радикально-демократической партией, выступила в том же блоке и на выборах в Городскую думу. Другие еврейские партии в выборах участия не принимали.
Несмотря на отсутствие на выборах списков еврейских партий, в составе обновленной петроградской Думы оказалось около четверти гласных-евреев, избранных, в основном, от партий эсеров и большевиков. Городским главой вновь стал Шрейдер. Выдвинутые общерусскими партиями, в число гласных попали и некоторые еврейские общественные деятели — М.Винавер (Еврейская народная группа), Г.Гольдберг (ОЗЕ), С.Раппопорт (Ан-ский) (ЕИЭО), М.Магидсон и А.Соколовский (Объединенная ЕСРП).
Следующим важнейшим этапом демократических преобразований после выборов в органы местного самоуправления являлось избрание Учредительного собрания, которое бы определило сущность политического строя в стране. Созыв Учредительного собрания рассматривался общественностью как главное событие в жизни России. Определенную роль в процессе подготовки к выборам играло и петроградское еврейство. 22 апреля у бывшего члена Государственной думы Нафтали Фридмана состоялось совещание представителей всех еврейских партий, созванное по предложению управляющего делами Временного правительства для выбора представителя от евреев в Комиссию по созыву Учредительного собрания. Представители ЦК трех социалистических партий — C.-С., СЕРП и Поалей Цион — совместно потребовали хотя бы два «еврейских» места в Комиссии, одно из которых было бы гарантировано делегату социалистов. Предложение о выставлении в Комиссию двух кандидатов от каждой национальности — одного от социалистов и одного от несоциалистов — было поддержано Бюро национальных социалистических партий и принято новым составом правительства в форме «два представителя» без указания от каких партий. 13 мая состоялось новое собрание у Фридмана, на этот раз — для выбора двух делегатов в Комиссию. Несмотря на сопротивление Поалей Цион, СЕРП и C.-С., бундовский представитель Д.Заславский сумел добиться избрания в Комиссию делегата от Бунда. В результате в Комиссию по созыву Учредительного собрания вошли: от несоциалистических партий — Н.Фридман (заместитель — О.Грузенберг), а от социалистов — бундовец Владимир Канторович.
Сионисты стремились к выборам в Учредительное собрание сформировать единый национальный блок. В июне ответственный за пропаганду член ЦК СО Шломо Гепштейн писал, что если бы все евреи на выборах голосовали за единый список, то они бы могли провести 16—17 своих депутатов. С учетом же разобщенности еврейских партий Гепштейн не рассчитывал более, чем на пять мест. Еврейская народная группа объединилась накануне выборов с кадетами. Бунд баллотировался самостоятельно или в блоке с меньшевиками. В еврейском национальном списке, все же выставленном в 12 губерниях бывшей «черты оседлости» и сформированном из сионистов, Фолкспартей и «независимых», оказалось несколько петроградских деятелей, однако из семи выбранных по этому списку депутатов лишь двое — Грузенберг и Ю.Бруцкус — представляли Петроград. С.Ан-ский и М.Винавер были выбраны в Учредительное собрание по спискам эсеров и кадетов. В Петроградском избирательном округе еврейский список не был выставлен, а Фолкспартей и сионисты проголосовали за Трудовую народно-социалистическую партию.
Избрание Учредительного собрания и установление в стране демократического строя явились бы исполнением чаяний большинства общероссийских партий. Однако еврейские партии, как и партии других нацменьшинств, боролись не только за общую демократизацию, но и за предоставление своим народам национальных прав.
Несмотря на отмену Временным правительством неравенства по национальному и религиозному признакам, борьба за национальные права обещала быть трудной, так как большинство общероссийских партий не собирались строить государство по национальному принципу. Пришедшие к власти русские либералы, представленные в политической жизни в основном партией кадетов, считали национальную проблему в России результатом национального угнетения и правовых ограничений. Ограничения они сняли, но предоставлять народам России национальные права и не думали. В ходе войны кадеты отступили даже от своего признания прав Польши и Финляндии на автономию.
Среди влиятельных общероссийских партий самых либеральных взглядов в национальном вопросе придерживались эсеры, предлагавшие широкое применение федеративного принципа, культурную автономию регионов и общин, самоопределение народов.
