Глобальные социальные процессы, происходившие в стране, не могли не затронуть и еврейское население. Оно давно уже перестало быть единой сплоченной массой. Одни стремились ассимилироваться, другие — эмигрировать, третьи видели путь национального спасения в участии в общероссийской политической жизни. При общем бедственном положении еврейских масс сложился уже достаточно устойчивый слой предпринимателей и интеллигенции. Противоречия между различными группами евреев неизбежно сказывались и на структуре национальных политических партий и организаций. Так называемые классовые противоречия сказывались и в сионистском движении. На его левом фланге стояли сторонники «пролетарского сионизма». Они основали собственную организацию «Поалей Цион» («Рабочие Сиона»). Их лидер, Б. Ворохов, выступал за перенос основных заповедей классовой борьбы на землю Палестины, где помимо решения общенациональных задач необходимо будет, по его мнению, решать и собственно классовые проблемы.
Определенное влияние в стране имел и автономизм. Один из главных теоретиков этого движения, выдающийся историк С. Дубнов, считал, что в такой многонациональной империи, как Российская, возможно создание еврейской автономии, которая позволит и в диаспоре сохранить национальную культуру. Автономисты исходили из того, что Палестина, находившаяся тогда под властью Турции, не в состоянии принять всех евреев. Диаспора все равно не прекратит своего существования и после создания еврейского государства, а это значит, что борьба за национальную автономию — задача не менее актуальная, чем осуществление идеалов сионизма.
Таково было в целом политическое состояние евреев России к началу революции 1905–1907 гг.
Жизнь еврейского народа в России нашла отражение в довольно обширном корпусе мемуаров. Под мемуары отводились целые разделы периодических изданий второй половины XIX — начала XX в. Особое внимание этому жанру уделяли русскоязычные издания: «Еврейская библиотека», «Восход», «Еврейская старина», «Пережитое», «Еврейская летопись» и некоторые другие. Отметим и то, что эта традиция сохранилась и после 1917 г. Ведь лучшие мемуары той эпохи — «Книга жизни» С.М. Дубнова и «Дела минувших дней» Г.Б. Слиозберга — созданы в 1920—1930-х гг. в эмиграции.
Среди мемуаристов — деятели просвещения, писатели, ученые, художники, актеры, общественные и политические деятели. Особое значение имеют многочисленные воспоминания бывших солдат-кантонистов, так как в основном вышли из-под пера простых людей и освещают одну из наиболее трагических страниц национальной жизни в первой половине XIX в. Еще одна особенность еврейской мемуаристики — ее трехъязычие (иврит, идиш и русский). Большая часть этих воспоминаний фактически недоступна современному читателю. И дело не только в том, что до сих пор не переведены на русский язык такие известные произведения, как книги Саула Гинзбурга и Менахема Бейлиса, написанные на идише, или книга Якова Мазе, созданная на иврите, но и в том, что значительное число воспоминаний разбросано по ставшим библиографической редкостью периодическим изданиям.
Выбор языка зависел or многих обстоятельств, по большей части от времени и места их создания. На русском подобные произведения писались в основном в начале XX в. представителями так называемой русско-еврейской интеллигенции. Получив возможность жить вне черты оседлости, они, сохранив национальные традиции и верность иудаизму, создали новое культурное течение в еврействе, отличительной чертой которого стало использование русского языка наравне с еврейским.
В данный сборник включены три мемуара, освещающие еврейскую жизнь в России в XIX в.
Автор воспоминаний «Из Николаевской эпохи» Абрам Израилевич Паперна (1840–1919), поэт, публицист, литературовед и педагог, многие годы руководил различными еврейскими школами, создал несколько учебников. Его воспоминания сохранили подробности еврейского быта, отразили повседневную духовную и религиозную жизнь народа.
