2. Если они не могут договориться по-хорошему и им приходится идти в суд, они должны идти в еврейский суд, и им запрещается судиться перед неевреями и в их судебных инстанциях даже в том случае, если их законы совпадают с еврейскими. Даже если обе стороны согласны судиться в нееврейском суде — все равно это запрещено. Даже если они сделали киньян на свое согласие судиться в нееврейском суде или записали это в договоре — это ничего не значит. И даже в тех случаях, когда человеку разрешено добиваться справедливости самостоятельно… ему тем не менее запрещено делать это с помощью неевреев. И даже если человек не обращается в нееврейский суд, а только пользуется помощью неевреев для того, чтобы заставить противную сторону судиться с ним в еврейском суде, — его подобало бы растянуть на столбе и побить палками» (глава 181, § 1 и § 2)[96]/10/.[97]
«Еврей, преследующий судом другого еврея или даже только имеющий намерение привлечь его к христианскому суду, совершает смертный грех. Он должен быть без суда побит камнями. Глава местной синагоги должен первый бросить камень на его голову. Он будет извержен из среды народа, так как он презрел веление Торы, слова Бога Единого. Его беззаконие будет тяготеть на нем, и весь Израиль побьет его камнями. Он должен умереть!» (La Trahison du Grand Rabbin de France, Paris, 1904, p. 106 et 107, со ссылкой на трактат Авода Зара) /4/.
И какой бы ни был суд — иудеям на нем предписано руководствоваться не стремлением к истине и справедливости, а своей выгодой и выгодой своих соплеменников:
«Еврей может быть отлучен от синагоги… за привлечение другого еврея к нееврейскому суду, за данное показание, даже самое добросовестное, направленное против своего единоверца и т д.» (Jore Deja, 334, 43; Sepher Res-chith Chokma) /4/.[98]
««Если еврей имеет тяжбу с не-евреем, то вы дадите выиграть дело вашему брату и скажете чужестранцу: «так требует наш закон!» Но если никаких поводов к выигрышу дела евреем не имеется, то надо надоедать чужестранцу всякого рода интригами и этим добиться, чтобы еврей дело выиграл». Рабби Акиба, которому мы обязаны этим наставлением, добавляет, что надо стараться не допускать огласки пристрастного постановления суда, дабы не лишить евреев доверия» (Baba Kamma, folio 113, а) /4/.
«Если еврей может свидетельствовать в пользу нееврея, который судится с евреем в нееврейском суде, то, если по его свидетельству еврея приговорят к большей выплате, чем он платил бы по еврейским законам, запрещено приносить это свидетельство; если же нет, свидетельствовать разрешается. А если нееврей с самого начала пригласил этого еврея быть свидетелем, то, поскольку при отказе того свидетельствовать произойдет «осквернение имени Б-га» (то есть неевреи подумают про евреев плохо. —
Талмуд в таких случаях разрешает иудеям лжесвидетельствовать и освобождает их от произносимых клятв:
«Прием рабби Акибы… Про него рассказывают, что он, произнося клятвы, про себя оговаривался, что «эта клятва не будет действительна», чего было вполне достаточно, чтобы успокоить его совесть. Талмуд разрешает поступать таким образом всякий раз, когда какая-либо гоевская власть требует от еврея принесения клятвы» (Calla, 2) /4/.
«Обвиняется ли еврей в уголовном преступлении, другой еврей, принужденный показывать то, что он по этому делу знает, имеет право дать под присягой ложное показание лишь с мысленной оговоркой, его отрицающей, чтобы этим путем оправдать своего собрата» (Jore Deja, CCXXXII, 12 et 14) /4/.
«Если правитель гоев требует от еврея клятвенного обещания не выезжать из страны, то еврей, давая клятву, должен думать: «Сегодня я не уеду». Правитель настаивает, чтобы еврей клялся, что не убежит никогда. Еврей в уме должен добавить: «Да, но лишь на таких-то условиях!» — и должен придумать неисполнимые условия. Таким образом, он может покинуть страну, не нарушая клятвы» (Hagahoth Aschari) /4/.
«Когда еврей обокрал акума, и его (еврея) приводят к присяге в присутствии других евреев, а они знают, что он намерен дать ложную присягу, тогда они должны заставить его помириться с акумом и не присягать ложно, даже если он вынужден присягнуть, потому что его присягой осквернится Имя (Господне). Но когда его принуждают (к присяге) и когда, по обстоятельствам дела, нет осквернения Имени (Божьего), тогда он должен в сердце своем объявить присягу недействительной, потому что он принужден к ней…» (Шулхан Арух, Иоре де'а 329, 1 Хага; взято из Хага-хоф Ашер, в талмуде Шебуоф) /15/.
Поразителен рассказ о празднике Йом Кипур (точных ссылок на Талмуд здесь нет):
