Имя барона Ротшильда (не какого-то определенного, а Ротшильда вообще) было очень популярно в еврейском фольклоре, сделавшись символом невероятного богатства. На сюжет данной сказки существует также популярная народная баллада.
72. Условие Ильи-пророка. —
Эта сказка представляет собой устное переложение легенды о совместном путешествии Ильи-пророка и одного из мудрецов Талмуда рабби Иегошуа б. Леви, который жил в первой половине III в. Первое письменное изложение этой широко известной легенды приведено в «Хибур Яфе», сочинении выдающегося талмудиста и философа рабби Ниссима б. Якова (Кайруан, Тунис, сер. XI в.). На древность этой легенды указывает то, что ее сюжет изложен в Коране (VIII, 9—82).
В близкой по смыслу русской сказке речь идет о земном странствии Христа и апостолов (3, с. 530–531).
73. Тяжба с Богом. —
В своем комментарии Райзе пишет: «У аналогичной легенды, рассказанной составителю поэтом Довидом Гофштейном, есть следующее окончание. В ответ на слова Берла раввин сказал ему: „Уходи, тебе здесь нечего делать, ибо мы поклоняемся Богу, а ты хулишь Его и восстаешь против Него”. И раввин выгнал портного Берла из синагоги».
Предания о чудесах, сотворенных тем или иным хасидским цадиком, были очень популярны в среде его хасидов и распространялись как изустно, так и с помощью множества сочинений житийного характера, как на древнееврейском языке, так и на идише. В этих преданиях цадики выступают всесильными чудотворцами, защищающими своих хасидов и весь еврейский народ от бедствий, от злых помещиков, от царской несправедливости и от самого Господа Бога. Советы цадика выглядят странными и даже нелепыми, но в них скрыта сила чудесного провиденья, и тот, кто им безоговорочно следует, спасен от беды. Естественно, что хасидские предания не могли не вызвать потока анекдотов, пародирующих их специфические особенности. Но зачастую сами рассказы из жизни цадиков и их высказывания были настолько парадоксальны, пропитаны такой специфической иронией, что грань между восхвалением и насмешкой почти незаметна.
74. Суд над Богом. —
Идея о том, что суд мудрецов, вершащийся по законам Торы, всевластен в мире и обязателен даже для Всевышнего, который сам дал эти законы, восходит еще к Талмуду. В знаменитой талмудической истории, повествующей о споре рабби Элиэзера с другими мудрецами (трактат Бава Меция, 596), рассказывается о том, что, на попытку Небес вмешаться в процесс принятия решения, рабби Иегошуа ответил словами из Писания: «Не на Небе она (т. е. Тора)» (Втор. 30, 12).
Для самой этой сказки, известной еще в нескольких вариантах, отличающихся именами цадиков-судей (2, с. 669–670), характерно также представление о праведниках как о защитниках интересов народа не только перед лицом земной, но и перед лицом Небесной власти.
Что касается самих героев этого варианта сказки, то, хотя все они лица реальные, их сочетание совершенно анахронично. В сущности, сказитель для суда над Богом собрал все наиболее почитаемые в еврейском мире Восточной Европы фигуры.