Поют ли жалобно лесные птицы,Листва ли шепчет в летнем ветерке,Струи ли с нежным рокотом в реке,Лаская брег, гурлят, как голубицы, —Где б я ни сел, чтоб новые страницыВписать в дневник любви, — моей тоскеРодные вздохи вторят вдалеке,И тень мелькнет живой моей царицы.Слова я слышу… «Полно дух крушитьБезвременно печалию, — шепнула. —Пора от слез ланиты осушить!Бессмертье в небе грудь моя вдохнула.Его ль меня хотел бы ты лишить?Чтоб там прозреть, я здесь глаза сомкнула».<p>«Свой пламенник, прекрасней и ясней…»</p><p><emphasis>Перевод Вяч. Иванова</emphasis></p>Свой пламенник, прекрасней и яснейОкрестных звезд, в ней небо даровалоНа краткий срок земле; но ревновалоЕе вернуть на родину огней.Проснись, прозри! С невозвратимых днейВолшебное спадает покрывало.Тому, что́ грудь мятежно волновало,Сказала «нет» она. Ты спорил с ней.Благодари! То нежным умиленьем,То строгостью она любовь звалаБожественней расцвесть над вожделеньем.Святых искусств достойные делаГлаголом гимн творит, краса — явленьем:Я сплел ей лавр, она меня спасла!<p>«Я припадал к ее стопам в стихах…»</p><p><emphasis>Перевод Евг. Солоновича</emphasis></p>Я припадал к ее стопам в стихах,Сердечным жаром наполняя звуки,И сам с собою пребывал в разлуке:Сам — на земле, а думы — в облаках.Я пел о золотых ее кудрях,Я воспевал ее глаза и руки,Блаженством райским почитая муки,И вот теперь она — холодный прах.А я, без маяка, в скорлупке сиройСквозь шторм, который для меня не внове,Плыву по жизни, правя наугад.Да оборвется здесь на полусловеЛюбовный стих! Певец устал, и лираНастроена на самый скорбный лад.<p>«Той, для которой Соргу перед Арно…»</p><p><emphasis>Перевод Евг. Солоновича</emphasis></p>Той, для которой Соргу перед АрноЯ предпочел и вольную нуждуСлуженью за внушительную мзду,На свете больше нет: судьба коварна.Не будет мне потомство благодарно, —Напрасно за мазком мазок кладу:Краса любимой, на мою беду,Не так, как в жизни, в песнях лучезарна.Одни наброски — сколько ни пиши,Но черт отдельных для портрета мало,Как были бы они ни хороши.Душевной красотой она пленяла,Но лишь доходит дело до души —Умения писать как не бывало.<p>«Промчались дни мои быстрее лани…»</p><p><emphasis>Перевод Евг. Солоновича</emphasis></p>Промчались дни мои быстрее лани,И если счастье улыбалось им,Оно мгновенно превращалось в дым.О, сладостная боль воспоминаний!О, мир превратный! Знать бы мне заране,Что слеп, кто верит чаяньям слепым!Она лежит под сводом гробовым,И между ней и прахом стерлись грани.Но высшая краса вознесенаНа небеса, и этой неземноюКрасой, как прежде, жизнь моя полна,И трепетная дума сединоюМое чело венчает: где она?Какой предстанет завтра предо мною?
