– Что ж, господа, – на немецком подытожил окончание соревнований подполковник Воронин, – это закономерно. Инженерная школа Северной Америки, несмотря на молодость, достаточно интересна, а полковник Фокадан учился ещё и в Европе. По сути, он представитель сразу двух инженерных школ.
– Я бы сказал – трёх, – добавил флегматично капитан Лесли, из российской ветви известного шотландского рода, – некоторые решения прослеживаются определённо русского типа. Я и сам учился в Страсбурге, поэтому могу судить не слишком предвзято. Нужно иметь наше мышление, чтобы предлагать такие решения.
– Всё может быть, – пожал плечами попаданец и офицерам стало немного неловко – в самом-то деле, поднимать больную, как они считали, тему происхождения Фокадана, не слишком корректно. Лесли чуточку поклонился, извиняясь, Алекс кивнул – дескать, ничего страшного, отболело.
Под Нюрнбергом Кельтика простояла менее недели, успев соорудить укреплённый лагерь. К этому времени к лагерю осаждающих подошёл баварский главнокомандующий Луитпольд, дядя нынешнего короля.
Баварские войска, изрядно потрёпанные, нуждаются в отдыхе, пополнении и подвозе припасов. Осада Нюрнберга стала для них хорошим поводом для передышки.
Если верить перебежчикам из числа горожан, и нечастым дезертирам из прусской армии, настроения в гарнизоне царят подавленные. Солдаты готовы сидеть в осаде, ожидая, пока придёт помощь, но воевать всерьёз желающих нет.
На самом ли деле пруссаки ждут англичан или таким образом офицеры гарнизона поднимают боевой дух рядовых бойцов, сказать сложно – главное, прорывать осаду желающих нет. Своя логика в этом есть – отсидеться, сберечь солдат, пока какая-нибудь иностранная держава заступиться… или ситуация изменится каким-то иным образом.
Шанс на это не самый маленький – сильная Пруссия, крепко привязанная долгами, жизненно важна Британии. В таких случаях бритты не жалеют никаких средств на выправление положения. Так было не раз и не исключено, что ситуация повторится.
Дождавшись смены, русско-австрийские войска под предводительством Бакланова, покинули Нюрнберг. Своеобразно вышло: по всем канонам, в союзной армии главнокомандующим должен стать герцог Тешинский, как старший по чину и происхождению.
В крайнем случае, Бакланов получил бы широкую автономию, право оспаривать решения и накладывать вето. Если учесть, что главнокомандующим русской армией в Европе назначен Черняев, а Бакланов всего лишь заместитель, австрийцы получили серьёзный удар по самолюбию. Александру Второму было то ли плевать на политику, то ли он руководствовался какими-то своими соображениями.
Бакланов получил титул графа и почетнейшую приставку к фамилии, став графом Баклановым-Динкельсбюле и кавалером ордена Святого Владимира первой степени. Фокадан, участвовавший в Баклановском прорыве, получил георгиевское оружие. Есть за что!
Заранее подготовленная передвижная баррикада выручает не в первый раз. Ситуация, ставшая привычной за несколько дней – разобранные рельсы и засада. По правилам военного искусства следует подтянуть силы и выбить неприятеля, после чего приступить к починке. Но время!
Составы с русскими частями позади и пока солдаты выйдут, построятся в боевой порядок и прибудут к месту, пройдёт никак не меньше часа. Оно бы и ничего, но разобрать рельсы совсем нетрудно, и если следовать военному канону, пешком получается быстрей!
Выход неуставный, но действенный – впереди неспешно движущихся составов рысит кавалерия, части которой сменяют друг друга, по мере усталости лошадей снова загружаясь в вагоны. При обнаружении засады кавалерия рассыпается по окрестностям, ведя разведку боем. Если силы противника невелики, идёт на прорыв. Если пруссаков с союзниками многовато или засада подготовлена как следует, из передних вагонов выскакивают солдаты, которых можно назвать штурмовой пехотой.
Как бы ни обернулось дело, инженерным частям всегда находится работа.
– Не частить! – Голос Фокадана перекрывает выстрелы, – черепаха, парни, черепаха!
Позаимствованное у древних римлян понятие сильно искажено – в девятнадцатом веке нет нужды опасаться падающих сверху стрел и дротиков, так что и черепаха получается своеобразной, с бронированием исключительно по бокам.
Секции переносных узкоколеек с прикреплёнными чешуйками из металла и мягкого барахла, дают неплохую гарантию от просветов. Пули иногда пробивают импровизированную защиту, но пробивная способность их после этого теряется.
Да и защитники из штурмовой пехоты со спешившимися казаками не спят, оберегая кельтов. Ветераны Кавказа просачиваются через вражеские укрепления малыми группами, с удивительным мастерством координируя свои действия с соседями. Далее боевые действия ведутся на грани рукопашной и стрельбы практически в упор – метода, прекрасно знакомая русским ещё с Кавказа. Пруссаки, несмотря на отсутствие специфического опыта, показывают себя отменными вояками, сражаясь умело и ожесточённо.
