Европейское воспитание полностью

майтесь, сhlорсу. Вы ничем не рискуете: хлоп - и грузовик ваш, а сами спрятались в лесной чаще. Но мы-то, мы всегда под рукой. Наши спины всегда под ударом! Сжальтесь над нашими женами, над нашими детьми - да что я говорю? - над нашими сиротами!

Со стороны партизан послышалось странное карканье: Крыленко уже терял терпение.

– Каждый имеет право рисковать своей жизнью: все мы готовы рискнуть своей во имя свободы. Но никто не имеет права платить за нее жизнью других. Это не по-христиански. Нет, это вовсе не по-христиански. Знаете, что объявили немцы в деревнях?

– Гм… - сказал Черв. - Догадываюсь…

– Если разбой на дорогах не прекратится, пятеро наших граждан будут повешены! Повешены, chlopcy. Повешены без суда и следствия!

– Гм… - сказал Черв, мигнув глазом. - Если хорошенько поискать, в округе наверняка найдется человек пять, которых не мешало бы повесить!

– А? - удивился пан Йозеф. - Сейчас не время шутить, Черв. Сhlорсу, я взываю к христианам, которыми вас воспитали матери! Оставьте немцев в покое. Время для решающего удара еще не настало! Когда оно настанет, я первым нанесу по ним этот удар!

– В этом можно не сомневаться! - убежденно сказал Черв.

– Ну а пока, chlopcy, затаитесь! Спрячьтесь! Скройтесь под землей! Станьте тише воды ниже травы. Не суетитесь… Погодите! Я человек пожилой и имею большой опыт по части всяких нашествий: уж поверьте мне, у меня в роду гораздо больше поруганных бабушек, чем у любого из вас! Говорю вам: тише воды ниже травы! Притаитесь, не шумите! Не губите наших детей, не разоряйте наши дворы, наши деревни… Мы еще повоюем с немцами, я им еще покажу, где раки зимуют! - Он резко сменил тему: - Я привез вам продуктов… От чистого сердца, от всей души!

Он снова сел в сани. Лошадь с трудом тащилась по снегу. Крестьяне молчали. Перед комендатурой пан Йозеф спрыгнул на землю, поправил на лбу czub, сплюнул в кулак и закрутил кончики усов, а затем вошел. Его встретил пан Ромуальд. У пана Ромуальда был таинственный, взволнованный вид.

– Ну как? - прошептал пан Йозеф.

– Тсс! - ответил Ромуальд, приложив палец к губам. - Я очень надеюсь на сегодняшний вечер, пане Йозефе!

– Правда? Действительно?

– Ни малейших сомнений. Ветер попутный! Ящики с яйцами, присланные вами на прошлой неделе, возымели должное действие!

– Вы уверены?

– Можете на меня положиться, пане Йозефе! У меня-то уж глаз наметан, уж я-то не прогадаю! Никаких сомнений… мы к вам весьма хорошо расположены.

– Дорогой друг, дорогой мой друг! - сказал пан Йозеф.

Они долго пожимали друг другу руки, заглядывая в глаза.

– Я никогда не упускаю случая замолвить о вас словечко! - заверил пан Ромуальд. - Маленькое словечко, то тут, то там… Так надо: мы не любим, когда нам докучают.

– Я пришлю вам сыра! - растроганно сказал пан Йозеф. - Или, может, вам больше нравится сало?

– Сало, сало! - сказал пан Ромуальд. - Но с другой стороны, в наше время, сыр…

– Я пришлю вам того и другого, - решил пан Йозеф.

Его провели в кабинет. Немецкий полицейский делал себе маникюр, насвистывая: «Kleine, entzuckende Frau»¹.

- У нас превосходное настроение! - прошептал пан Ромуальд.

Немец поднял голову.

– Ach! дорогой герр Йозеф! - сказал он добродушно. - Ромуальд передал мне твое приглашение. Очень любезно с твоей стороны. Прекрасная идея, герр Йозеф. Ты так стремишься наладить отношения между властями и населением, ха-ха-ха! Я сделаю все, что в моих силах… Сегодня вечером я приду к тебе на обед!

Когда пан Йозеф вышел, полицейский мигнул глазом и щелкнул языком, а пан Ромуальд разразился громким смехом, неоднократно охватывавшим его весь этот день: он закрывал глаза, обнажал клыки и тряс головой в приступе бурного веселья… Вечером пан Йозеф принял гостя по всем правилам крестьянского гостеприимства. Полицейский

____________________

¹ Очаровательная милашка (нем.).

наелся кроличьего паштета, который приготовила своими красивыми ручками пани Франя, сырой ветчины, домашней птицы, сыра с молоком и выпил изрядное количество водки. Затем выпил чаю с отменным маковым пирогом. Столовую скупо освещали две свечи, стоявшие на столе: в деревне не было электричества, и хотя в глубине погребка у пана Йозефа еще было довольно много керосина, расходовал он его очень экономно. Сидя с краю стола, пан Ромуальд поглощал еду и переводил с полным ртом.

– А где же пани Франя? - спросил полицейский.

Кабатчик принял опечаленный вид.

– У жены бронхит! - заявил он. - Я поставил ей банки!

Полицейский маленькими глотками попивал чай.

– У тебя есть дети? - спросил он.

– Н-н-нет! - сказал пан Йозеф, забеспокоившись.

– So, - сказал полицейский, - so…¹

Он закурил толстую сигару и доброжела-

____________________

¹ Так-так (нем.).

тельно посмотрел на хозяина, слегка сощурив глаза.

– Посмотрим, что я смогу для тебя сделать, - сказал он, выдохнув дым.

Пан Йозеф решил, что немец имеет в виду перевозку зерна, о которой он мимоходом упоминал за ужином, - славно все получается! - и поблагодарил его.