- Он делал все, что мог. Он посылал мне деньги. Старая графиня была на стороне кронпринца. Она даже пыталась оказать на меня давление. Мне кажется, - добавила мадам Мюнстер мягко, - что при сложившихся обстоятельствах я вела себя весьма похвально.
Эктон взглянул на нее и мысленно заключил - это был уже не первый в его жизни случай, - что когда женщина повествует о своих грехах или невзгодах, она всегда очень хорошеет.
- Хотел бы я видеть, - заметил он вслух, - как вы скажете его светлости: "Подите вы... прочь!"
Мадам Мюнстер наклонилась и сорвала в траве ромашку.
- И не подпишу отречения?
- Ну, не знаю... не знаю, - сказал Эктон.
- В одном случае я буду отомщена, в другом - свободна.
Подсаживая баронессу в карету, Эктон слегка усмехнулся.
- Как бы то ни было, - сказал он, - берегите этот документ.
