- Я понимаю, как я глуп! Но почему же Шарлотта и мистер Брэнд, ваша старшая сестра и священник, которым дозволено прогуливаться вдвоем, не явятся сюда и не надоумят меня, не прервут это незаконное свидание, на которое я вас завлек.
- Они никогда себе этого не позволят, - сказала Гертруда.
Изумленно подняв брови, Феликс несколько секунд на нее смотрел.
- Je n'y comprends rien! [Ничего не понимаю! (фр.)] - воскликнул он, потом обратил взгляд вослед удалявшейся строгой паре.
- Что бы вы мне ни говорили, - заявил он, - но ваша сестра явно не безразлична к своему статному спутнику. Ей приятно идти с ним рядом. Мне и отсюда это видно.
Увлеченный своими наблюдениями, Феликс поднялся с земли. Поднялась и Гертруда, но она не пыталась состязаться с ним по части открытий; она предпочитала в ту сторону не смотреть. Слова Феликса потрясли ее, но ее держала в узде известная деликатность.
- Конечно, Шарлотта не безразлична к мистеру Брэнду, - сказала Гертруда, - она о нем самого высокого мнения.
- Да это же видно... видно! - повторял, склонив набок голову, поглощенный созерцанием Феликс. Гертруда повернулась к противоположному берегу спиной; ей неприятно было туда смотреть, но она надеялась, что Феликс скажет еще что-нибудь. - Ну вот они и скрылись в лесу, - добавил он.
Она тут же повернулась снова.
- Шарлотта в него _не_ влюблена, - сочла своим долгом объявить Гертруда.
- Тогда он в нее влюблен, а если нет, то напрасно! В своем роде она идеал женщины. Она напоминает мне старинные серебряные щипцы для сахара, а я, как вам известно, до сахара большой охотник. И она очень с мистером Брэндом мила, я не раз это замечал, и нежна, и внимательна.
Гертруда несколько секунд раздумывала. Наконец она приняла важное решение.
- Она хочет, чтобы он женился на мне, - сказала Гертруда, - потому она, конечно, с ним мила.
Брови Феликса взлетели вверх.
- Чтобы он женился на вас! Да ну! Как это интересно! И вы считаете, что с мужчиной надо быть очень милой, чтобы его на это подвигнуть?
Слегка побледнев, Гертруда тем не менее продолжала:
- Мистер Брэнд и сам этого хочет.
Феликс стоял, скрестив руки, и смотрел на нее.
- Понятно... понятно... - сказал он торопливо. - Но почему же вы раньше ничего мне об этом не говорили?
- Мне и сейчас неприятно об этом говорить. Просто я должна была вывести вас из заблуждения насчет Шарлотты.
- Значит, вам не хочется выходить замуж за мистера Брэнда?
- Нет, - сказала Гертруда сдержанно.
- А ваш отец этого хочет?
- Очень.
- Вам он не нравится?.. Вы ему отказали?
- Я не хочу выходить за него замуж.
- А ваш отец и ваша сестра считают, что вам следует, так?
- Это длинная история, - сказала Гертруда. - Они считают, что для этого есть серьезные основания. Что у меня есть обязательства, что я подавала ему надежду. Мне трудно вам это объяснить.
Феликс улыбался ей так, словно она рассказывала ему занимательную историю о ком-то совершенно постороннем.
- Вы представить себе не можете, как мне это интересно, - сказал он. Ну, а сами вы не признаете этих оснований... этих обязательств?
- Не уверена... Все очень сложно.
И, подняв с земли зонтик, она повернулась, как бы собираясь спуститься с холма.
- Скажите мне вот что, - продолжал, спускаясь рядом, Феликс, - вы склонны согласиться - дать им себя уговорить?
Гертруда обратила к нему свое лицо, которое почти не покидало серьезное выражение, так отличавшееся от только что не пылкой улыбки Феликса.
- Я никогда не выйду замуж за мистера Брэнда, - сказала она.
- Понятно! - воскликнул Феликс, и, не обменявшись больше ни словом, они спустились с холма и подошли к озеру. - Вам, конечно, виднее, - продолжал он, - но, знаете, в общем-то, я не очень этому рад. Если бы ваш брак с мистером Брэндом был уже делом решенным, я в какой-то мере вздохнул бы с облегчением, это развязало бы мне руки. Ведь сам я не имею права за вами ухаживать, так?
И, задав как бы невзначай этот вопрос, он замолчал.
- Ни малейшего, - ответила Гертруда быстро, слишком быстро.
- Ваш отец никогда бы на это не согласился, у меня нет ни гроша; мистер Брэнд, разумеется, человек состоятельный?
- Наверное, какое-то состояние у него есть, но это не имеет значения.
- Для вас - безусловно, но для вашего отца и вашей сестры имеет; поэтому, как я уже сказал, если бы ваш брак был уже делом решенным, я чувствовал бы себя свободнее.
- Свободнее? - повторила Гертруда. - Отвяжите, пожалуйста, лодку.
Феликс размотал веревку и стоял, держа ее в руке.
- Я не стал бы тогда отказывать себе в удовольствии и сказал вам то, чего сейчас сказать не могу, - продолжал он, - сказал бы, как я любуюсь вами, не боясь уже, что покажется, будто я притязаю на то, на что притязать не вправе. Я отчаянно бы за вами ухаживал, - добавил он, смеясь, - если бы только знал, что вы ограждены и я не могу вас задеть.
- Вы хотите сказать, если я была бы помолвлена с другим? Какое странное рассуждение! - воскликнула Гертруда.
- В этом случае вы не отнеслись бы ко мне серьезно.
- Я отношусь серьезно ко всем, - сказала Гертруда и без его помощи легко ступила в лодку.
