- Еще одна свадьба? - наконец-то баронесса, по-видимому, поняла и огляделась по сторонам: Феликс болтал с Гертрудой, Шарлотта наблюдала за ними издали, а в противоположном углу комнаты, повернувшись ко всем спиной, заложив руки под фалды, склонив набок голову, стоял мистер Брэнд и смотрел на тонкий, нежный серп молодой луны.
- Наверное, это Шарлотта и мистер Брэнд, хотя, глядя на них, этого не скажешь.
- В этом случае, - возразил Эктон, - не следует верить своим глазам. Хотя, глядя на Шарлотту и мистера Брэнда, этого и не скажешь, здесь много чего кроется. Я не сомневаюсь, что со временем они соединятся. Но я говорил не о них.
- Мне не всегда удается разгадать моих собственных поклонников, сказала баронесса, - где уж мне разгадать чужих.
Эктон громко рассмеялся и собрался было что-то ответить, но в этот момент к племяннице снова подошел мистер Уэнтуорт.
- Вероятно, вам интересно будет услышать, - сказал в порыве низошедшей на него вдруг шутливости старый джентльмен, - о еще одной паре смельчаков, отваживающихся вступить в брак.
- Я как раз начал об этом баронессе рассказывать, - заметил Роберт Эктон.
- Очевидно, мистер Эктон хотел объявить о своей собственной помолвке, сказала Евгения.
Шутливость мистера Уэнтуорта возросла:
- Вы почти угадали; речь идет о его семье. Клиффорд, услыхав нынче утром, что мистер Брэнд выразил готовность связать узами брака его сестру, возымел вдруг желание, чтобы наш добрый друг проделал бы заодно то же самое с ним и Лиззи Эктон.
Откинув назад голову, баронесса улыбнулась дяде; потом с еще более ослепительной улыбкой она повернулась к Роберту Эктону.
- Как глупо с моей стороны, что я сразу об этом не подумала, - сказала она. Опустив глаза, Эктон разглядывал носки ботинок, словно понимая, что в своих экспериментах дошел до предела дозволенного; Евгения какое-то время молчала. По правде говоря, это был сильный удар, от него надо было оправиться. Однако ей это быстро удалось.
- Где же молодая пара? - спросила она.
- Они решили провести нынешний вечер с моей матушкой.
- Как будто, это несколько неожиданно?
Эктон поднял глаза.
- Совершенно неожиданно. Все знали, что это рано или поздно произойдет; но в последние дни по какой-то таинственной причине Клиффорд решил вдруг ускорить события.
- Причина эта, - сказала баронесса, - очарование вашей прелестной сестры.
- Очарование моей сестры для него не новость: они с детства неразлучны, - опять начал экспериментировать Эктон. Однако ясно было, что баронесса на сей раз не намерена ему помогать.
- А! Здесь никогда ничего не знаешь. Клиффорд очень молод. Но он славный мальчик.
- Он на редкость приятный мальчик и со временем будет очень богат. Это был последний эксперимент Эктона; мадам Мюнстер отвернулась.
Визит ее был недолгим, вскоре она вместе с Феликсом отправилась домой. В маленькой гостиной она сразу же подошла к висевшему над камином зеркалу и, подняв над головой свечу, стояла, глядя на собственное отражение.
- Я не останусь на твою свадьбу, - сказала она. - Я велю Августине завтра же сложить вещи.
- Дорогая сестра! - воскликнул Феликс. - Свадьба вот-вот. Мистеру Брэнду не терпится нас обвенчать.
Евгения, все так же держа над головой свечу, обернулась и молча окинула взглядом маленькую гостиную со всей ее мишурой, портьерами и подушечками.
- Я велю Августине завтра же сложить вещи, - повторила она. - Bonte divine [боже милостивый (фр.)], какое убожество! Я чувствую себя совсем как бродячая актриса. А это мой "реквизит".
- Представление окончено, Евгения? - спросил Феликс.
Она пристально на него посмотрела.
- Я доиграла свою роль, произнесла последнюю реплику.
- Под гром аплодисментов, - сказал ее брат.
- Ах, аплодисменты... аплодисменты, - прошептала она и, кружа по комнате, подхватила на ходу кое-что из разбросанных повсюду украшений. Глядя на великолепную парчу, она сказала:
- Не понимаю, как я могла все это вытерпеть!
- Потерпи еще немного. Останься на мою свадьбу.
- Благодарю; это твое дело. Мне здесь делать нечего.
- Куда ты едешь?
- В Германию - первым же пароходом.
- Ты решила не выходить замуж за Эктона?
- Я ему отказала.
Брат молча на нее смотрел.
- Мне жаль, - сказал он наконец. - Но я, как ты и просила, вел себя очень осторожно. Хранил молчание.
- Пожалуйста, и впредь не упоминай об этом ни словом. - Феликс в знак повиновения склонил голову.
- Ваше желание для меня закон. Но каково твое положение в Германии? продолжал он.
- Пожалуйста, избавь меня от разговоров на эту тему.
- Я только хотел сказать, что, по-видимому, оно изменилось.
- Ты ошибаешься.
- Но я думал, ты подписала...
- Я ничего не подписала! - сказала баронесса.
Феликс перестал докучать ей вопросами, и они решили, что он немедленно займется ее отъездом.
