Мороз страха рисует жуткий узор на коже, настолько мне дискомфортно, и когда мы подходим ближе к ожидающим, я вдруг отчётливо понимаю, что это —
Наивно было бы предполагать, что лоск офиса «Сомбры» и строгость официального дресс-кода его сотрудников — это всё. Нет… Кажется, вот оно: я дорвалась до той самой плесени под красивой штукатуркой. Только вот для чего он взял меня с собой?..
Пять мужчин разного роста и конституций тел с благоговением опускают головы в поклоне перед Альваро. Но потом у одного я вижу на кулаке серебристый кастет, а двое других со странным блеском в глазах принимаются осматривать меня, отчего тут же становится мерзко. И происходит то, что замечаю только я и чего меньше всего ожидаю в этот момент, — Рамирес сдвигается всего на пару дюймов, но этого уже достаточно, чтобы закрыть меня плечом от возникшего повышенного внимания. Его спина под пиджаком хищнически напрягается.
— Это — миссис Ричардс. Она со мной, — с непробиваемой сталью в голосе молвит он, и те двое прихвостней сразу же отводят глаза. — Он здесь?
Вопрос звучит не к месту, и я запоздало понимаю, что Рамирес сменил тему, перейдя к неведомому для меня делу, на которое приехали. И тот, что крупнее среди пятерых, прокуренным голосом отвечает:
— Да, сеньор. Ожидает вас внутри.
Я вздрагиваю, улавливая нажим на последних словах, и делаю крохотный шаг за Альваро, чтобы на всякий случай быть ближе. Разум, лихорадочно анализируя ситуацию и местность, пока никак не въезжает в происходящее, но теперь та самая опасность и уже привычный страх больше не отпускают.
— Чудесно, — настроение Рамиреса меняется слишком резко: в контрасте с тем, что было, это звучит так, будто он только что опробовал шикарное испанское вино.
Не дожидаясь никого, он отворяет массивную дверь фермы. Первыми проходят все его люди и возникший из ниоткуда Энтони, о котором я успела забыть. А затем Альваро, всё так же не обращая на меня взгляда, делает галантный жест ладонью:
— Дамы вперёд.
Я судорожно сглатываю и сцепляю пальцы, жалея, что оставила в машине сумку, в которую могла бы вонзиться, дабы успокоить расшалившиеся нервы. Сделав шаг, оказываюсь внутри и чувствую, как сзади в непозволительной близости следом встаёт Рамирес, затворяющий дверь на огромный замок. Кое-как собравшись, я прохожу дальше, чтобы избавиться от наваждения, но на смену ему приходит настолько нечеловеческий ужас, что я тут же закрываю ладонями рот, чтобы не закричать.
Тело начинает бить мелкой дрожью, и я не могу отвести взгляда от представшей картины… А Альваро, вновь сократив расстояние со спины, наклоняется и тихо проговаривает мне на ухо:
— Знаешь его?
Мне требуется время, чтобы проглотить вопль и хоть как-то совладать с голосом. Зрение, словно вышедшее из-под контроля, неотрывно вбирает в себя образ — привязанный к хлипкому деревянному стулу мужчина. Одежда на нём — тоже костюм, больше подходящий для офисного клерка среднего ранга, — разорвана во многих местах; лицо в кровоподтёках и синяках; один глаз заплыл полностью, а в затылке, судя по всему, зияет серьёзная рана, потому что на полу под сидящим уже разрослась немалая багряная лужа. И он всё ещё жив: дыхание прерывисто вперемешку со стонами боли.
Отняв ладони от губ, я прикрываю веки и почти не наполняю лёгкие кислородом, замирая.
— Н-нет… — наконец, невнятный писк выходит из напряжённых связок, и я снова приглядываюсь к несчастному. — Уверена, что нет.
— Теперь знаешь: перед тобой человек, которого я уличил в промышленном шпионаже, — абсолютно будничным тоном проговаривает Альваро и обходит меня, направляясь к нему. И затем бросает через плечо, снимая пиджак и отдавая его Энтони: — Как думаешь, где было допсоглашение с «Эксоном» всё это время?
Я знаю, что от меня не требуется ответ: всё и так встаёт на свои места. Неужели… Неужели дело было не в проверках и недоверии ко мне? Кто же этот человек, что посмел перейти дорогу Рамиресу и спрятать, выкрасть документ?
Смит неспешно отходит ко мне, вросшей в пол, тщательно уложив пиджак хозяина на предплечье, словно только что забрал без чехла из химчистки. И пока я с неуместной завороженностью наблюдаю, как Альваро медленно закатывает рукава тёмно-коричневой рубашки, а остальные обступают пойманного шпиона со всех сторон, Энтони тихо начинает:
— Его зовут Серхио. Он работал в финансовом отделе старшим специалистом. Камера поймала его на краже документов из юридического в тот день, когда тебе поручили иск.
— Но… Почему это… это… выяснилось только сейчас? — дрожащим тоном подбираю я глагол, остановившись на самом нейтральном.
Нашу беседу не слышно, и мы наверняка выглядим, как некоторые наблюдатели, просто забредшие на случайное мероприятие. Знать бы только наперёд, насколько жестоким оно будет…