Эзотерическое подполье Британии полностью

«Впервые мы наткнулись на Chance Meeting в подвале Step Forward, лейбла Марка Перри из Alternative TV, который выпустил наш первый EP Spoonfed & Writhing, — рассказывает Блейк. — Мы никогда не слышали о Nurse With Wound, но их резкая черно-белая обложка привлекла наше внимание. Мы не удивились, обнаружив существование музыкантов-единомышленников. Мы знали, что они где-то есть, и нужно их просто поискать». The Lemon Kittens выпускали кассетные альбомы, что связывало их с такими андеграундными группами, как Storm Bugs, дуэтом, делавшим домашние записи с использованием радиопомех, синтезаторов, игрушек и процарапанных пластинок для создания насыщенного неземного шума, а также Beach Surgeon с Грэмом Масси, будущим участником Danny & The Dressmakers и манчестерской техно-группы 808 State, которые в то время записывали аутистическую классику вроде «I Slammed Debbie Reynolds In The Solar Plexus (Twice)». В начале восьмидесятых британский андеграунд представлял собой безумное месиво; панк открыл шлюзы для наплыва музыки, разрушавшей привычные традиционные формы, для прогрессивных примитивистов, опирающихся на повзрослевшую авангардную технику, рок, джаз и поп. Плоды этой ветви домашнего просветления распространялись по высокоразвитой сети кассетных и частных лейблов, отксеренные подписные листы и независимые музыкальные магазины, иногда поднимавшие голову благодаря Джону Пилу.

The Kittens послали копию своего ЕР и пленку с альбомной записью в United Dairies. Блейк тогда не знал, что его друзья Metabolist собирались в перспективе выпустить диск на UD, но этого так и не случилось, поскольку они поссорились с Nurse. В конечном итоге Блейку предложил записаться Фозергилл. Сопутствующее этому письмо проливает свет на обстоятельства, связанные с записью первого альбома Nurse, и рассказывает о главных принципах лейбла.

«Nurse With Wound были результатом „случайной встречи“ одного из членов группы со звукорежиссером, — писал Фозергилл. — Он выразил свою любовь к экспериментальной музыке и желание помочь с записью альбома. Он предложил использовать студию, в которой работал, по выходным и вечерам за небольшую плату, 75 фунтов в день. Это кажется дорого, пока вы не сравните сумму с традиционной оплатой — 25 фунтов в час, а мы растягивали день на двенадцать часов… Я не могу выразить в достаточной мере, насколько важен понимающий звукорежиссер. Если вы плохо знакомы со студийным оборудованием и заранее не знаете, какой звук хотите получить на каждой стадии, то теряете контроль над значимой частью процесса записи. Чем лучше режиссер вас понимает, тем менее это важно. Я ни на секунду не верил, что нашему режиссеру понравится экспериментальная музыка, и оказался прав. Однако он был искренне заинтересован и восприимчив к тому, что мы стремились сделать. В какие-то моменты ему даже начинало нравиться. Большую часть времени он удивлялся нашей необычной практике, но поскольку мы имели четкое представление о том, чего хотим добиться, ему удалось замечательно выразить наши идеи… ваше видение музыкального бизнеса, к счастью, оказалось замечено. Мы убеждены, что музыкальные и художественные идеи не просто важны. Они — это все. В нашей философии не играют роли ни махинации бизнеса с упором на имидж и продажи, ни организации, чьей питающей силой являются политические и социальные идеалы, а музыка — лишь инструмент для достижения целей.

Задача United Dairies — выпускать прогрессивную экспериментальную музыку, не вписывающуюся в установленные традиционными фирмами грамзаписи рамки. „Категории под их бременем натягиваются, трескаются и разрушаются. Отойдите от заданного пространства“. По этой причине альбомы имели мало шансов на выход». Фозергилл объясняет Kittens, что «весь доход будет ваш», настаивая, что United Dairies занимаются «делом», чтобы «создавать музыку, а не деньги».