При первой встрече, вместо того чтобы поздороваться, он показал ей справку. Пожизненное клеймо: изгой, опасный человек, сумасшедший. Да Аля и так знала, кто перед ней, – слухи шли впереди некогда блестящего психиатра Олега, ныне пациента своих же бывших коллег, аутсайдера, отвергнутого обществом и родными. Олег необычен, притягателен, иногда вызывающе прямолинеен. Какой секрет таит его прошлое? Какие цели он преследует? Искусно притворяется или действительно погряз в безумии?Але предстоит разобраться, каково это – находиться одной ногой в мире, созданном разумом, балансировать на грани между вымыслом и реальностью, изо всех сил стараясь удержаться. Удастся ли героям, объединившись, выстоять и заслужить прощение, право на счастье?Содержит нецензурную брань.
Все события, герои, названия газет, фирм и больниц вымышлены. Любое совпадение с реальностью случайно.
– А где я могу найти кого-нибудь нормального?
– Нигде, – ответил Кот, – нормальных не бывает. Ведь все такие разные и непохожие. И это, по-моему, нормально.
– Алла Константиновна, так что будем делать с последней версией СЭДа?
Я смотрю на чёрную, слегка побелевшую от тысяч касаний пальцев клавиатуру. Наблюдаю, как алая капля крови стекает с буквы «И» вниз, растекаясь под трапециями кнопок. Сердце учащённо колотится, каждый удар болью отдаётся в висках и затылке.
– Алла Константиновна, вы понимаете, что ещё одна подобная оплошность, и мне придётся применить к вашей фирме штрафные санкции? – неумолимый голос бьёт своей бескомпромиссностью по левому уху через телефонную трубку.
– Я понимаю, – говорю очень вежливо, насколько возможно уважительно. – Такого больше не повторится.
На букву «Т» приземляется очередная капля, следом ещё одна.
– Тогда в понедельник мы ждём от вас новую версию СЭДа с уже исправленными ошибками?
Салфетки, которыми я зажимаю нос, уже не сдерживают поток, и я быстро убираю их в сторону, достаю новые, находящиеся в открытой пачке всегда под рукой. Собеседница говорит с улыбкой на губах – это чувствуется. Она любит издеваться надо мной, по полной программе пользуя правило: клиент всегда прав. Мой голос звучит несколько гнусаво:
– Да, конечно, Вера Анатольевна. И я ещё раз повторяю…
Прерываюсь, так как вижу очередное красное пятно на клавиатуре.
Попытки откинуть голову и прекратить водопад приводят к тому, что здоровенная капля катится от запястья к локтю, на полпути впитываясь в белоснежный три четверти рукав некогда любимой блузки.
– Ещё раз повторяю. – Я беру новую салфетку и прижимаю к носу. – Больше такого не повторится.
– С вами приятно работать, Алла Константиновна. Хороших выходных.
– И вам хороших.
Трубку кладут, прежде чем я успеваю договорить. Тут же хватаю несколько салфеток, вытираю нос и клавиатуру, на которой уже образовалась лужица. Ножичком для бумаги отдираю заляпанные кнопки, чтобы тщательнее провести уборку.
Давление, стрессы, бешеная гонка по карьерной лестнице держат в вечном напряжении. А ведь уже не остановиться. В сфере IT-технологий минута промедления отбрасывает на сотни шагов назад. Если ты (не дай Боже!) ушла в декрет, через три года можешь считать, что у тебя нет образования.
В мире слишком много изобретателей. Катастрофически быстро развивается и совершенствуется программное обеспечение. Мы не имеем права отставать. Я не имею права уступить. Не смею даже заболеть гриппом.
В следующем году мне исполнится тридцать два. Позади двенадцать лет работы в отделах аналитики, тестирования, развития, последние полтора – в должности руководителя направления разработки системы электронного документооборота, сокращённо СЭД. Когда меня брали на эту должность, говорили, что через месяц я освоюсь. Месяц миновал, и свято верящие в мои способности друзья убеждали, что через полгода станет легче. Через полгода безмерно гордящиеся родители твердили, что они счастливы иметь такую дочь, как я.
Родным и знакомым всегда казалось и продолжает казаться, что мне всё даётся крайне легко: золотая медаль в школе, диплом с отличием в университете, успехи в спорте. Наконец, должность руководителя большого отдела.
Три раза в неделю у меня стабильно идёт кровь из носа.
Ответственность. Иногда мне чудится, что на шее постоянно сидит двадцатикилограммовый ребенок. Ужасно тяжело, но я не могу снять эту ношу. И никогда не смогу.
К сожалению, у меня больше нет возможности вернуться в отдел аналитики или тестирования. Карьерная лестница, подобно эскалатору в торговом центре, движется исключительно вверх. Любая остановка либо перечеркивает все достижения, либо меняет направление движения на противоположное. В последнем случае придётся всю жизнь бежать против течения, чтобы не свалиться в самое начало. Попытка сделать шаг назад в сфере IT подобна краху, грандиозному фиаско в жизни.
Я чувствую себя бойцом советской армии, слепо следующим приказу: «Ни шагу назад».
Тщательно вытираю клавиатуру и нос, прежде чем ответить на звонок сотового.
– Катя? Привет, дорогая, – говорю я, одновременно набирая в скайпе сообщение главному разработчику: «Придётся поработать в выходные».
– Аля, я тебя не отвлекаю? Звоню напомнить про свой день рождения в следующую пятницу. Ты же придёшь ко мне домой?
– Приду, – отвечаю. Сама пишу: «Я тоже выйду, не ты один. Нам кровь из носу… – стираю, – нам обязательно нужно исправить ошибки и отправить новую версию в понедельник».
