Бывший полицейский Джо Леджер и его товарищи по отряду «Эхо» — лучшие из лучших. Их бросают в бой, когда угроза мало сказать велика — когда она поистине чудовищна, а враг неизвестен и недосягаем. Такие люди выполняют задачу любой ценой, для них даже гибель не является оправданием провала. Просто потому, что их гибель будет означать катастрофу для всего мира.
Посвящается Рэнди и Фрэн Кирш, Чарли и Джине Миллер, Франку и Мэри Лy Сесса и моему брату по крови Артуру Меншу.
И неизменно моей возлюбленной Саре Джо.
В исследовательской работе и создании этой книги мне помогала целая плеяда сердечных и истинно талантливых людей, каждый из которых заслуживает благодарности. Это мой агент из «Харви Клингер» Сара Кроу; мой редактор Майкл Хомлер, так же как и я помешанный на поп-культуре; все в «Сен-Мартинс пресс»; Юлия Кац, оказавшая помощь с русским языком, и Алоис Лон — с немецким; члены Международной группы писателей-детективщиков, Ассоциации авторов ужастиков и американских писателей детективных романов, которых я благодарю за неустанную моральную и прочую поддержку; Майк Вицгалл с его пространными консультациями по оружию и приемам рукопашного боя; моя спетая компания по «Клубу выдумщиков» в лице Грегори Фроста, Джона Маккоргана, Денниса Тафойи, Кита Странка, Дона Лафферти, Келли Симмонс, Уильяма Лашнера, Мери Джонс, Мери Ламбры, Эдда Петита, Лоры Шрок и Л. А. Бэкнса; Мишель Сицилия из Департамента внутренней безопасности; Тифф и Шмидт, Нэнси Кайм-Комли и Рэйчел Лавин (редакторская помощь); кафе «Старбакс» в Верхнем Саутгемтоне, штат Пасадена, где я написал почти всю эту книгу, и Аксель Алонсо из «Чудо-комиксов».
Неоценимо важную техническую информацию для данной книги предоставил целый ряд генетиков мирового уровня (любые ошибки здесь — исключительно вина автора); доктор Янру Чен-Цай, директор «Трансгеник ресерч фасилити» и замдиректора Стэнфордского онкологического центра; доктор Яннис Драгастис, доцент кафедры физиологии университета Теннесси; доктор Лоренс Бужон из отделения клеточно-молекулярной биологии (модель CMMI) факультета естественных наук лондонского Империал-колледжа; доктор Г. Томас Кальтажироне, президент компании «Аптаген»; доктор Аурора Бердс Коннор, директор центра изучения трансгенных мутаций «Риппель Маус» и директор по предклиническим исследованиям мышей для института Коха по совокупному изучению раковых опухолей МТИ.
Можно сказать, что Отто Вирц — второй по значимости массовый убийца в мировой истории. В сравнении с ним Гитлер, Сталин, гунн Аттила и даже Александр Македонский — жалкие шалопаи и позеры, недостойные держать возле Отто свечку для подсчета оставленных им мертвых тел.
Уступал он, пожалуй, только Сайрусу Джекоби.
Это имя — псевдоним, а настоящего у него, по сути, и не было. Как и Отто, Сайрус был чудаковат. Как и Отто, Сайрус являлся монстром.
С неделю назад я о них и не слышал, как, собственно, и все остальное человечество. Тогда они не значились в списках Интерпола, их не разыскивали мировые правительства, их имена не звучали в бросаемых наспех проклятиях и гневливых молитвах нигде на планете Земля.
Тем не менее вместе они сотворили больше злодеяний, чем кто-либо за всю историю. Сообща они неброско и тихо истребили десятки миллионов людей.
Усаживаясь поздним вечером за ужин, эта парочка не размышляла о прошлых достижениях: истинный атлет и чемпион не думает о том, как он пришел к финишу. Для них суть всегда составляло дальнейшее, то, что случится вскоре. Неделю назад — за семь дней до того, как я впервые о них услышал, — Отто Вирц поместил на стену большие электронные часы, прямо над причудливого вида рабочей станцией, перед которой они с Сайрусом засели с утра пораньше. Часы установили на обратный отсчет времени. Отто выставил цифру 10 080. Десять тысяч восемьдесят минут. Сто шестьдесят восемь часов. Семь дней. Одна неделя.
После нажатия кнопки «пуск» Отто с Сайрусом звонко чокнулись фужерами с «Перье Жуэ» — самым дорогим в мире шампанским, шесть с лишним тысяч долларов за бутылку.
Неспешно смакуя искристый напиток, они улыбчиво наблюдали, как истекают первые шестьдесят секунд, затем еще и еще.
Часы вымирания были запущены.
Я стоял скорчась в темноте, весь в крови, внутри что-то явно сломано. А может, и в голове.
Вход был загорожен тем, что попало под руку. У меня осталось три патрона. Три пули и еще нож.
Дверь содрогалась под громовыми ударами — понятно, что долго не продержится. И тогда ворвутся они.
Где-то дотикивают свое Часы вымирания.
Если я все еще буду находиться в этой комнате, когда стрелка остановится на овальчике нуля, людей погибнет больше, чем во время Великой чумы и всех пандемий, вместе взятых.
Я рассчитывал, что смогу их остановить. Я должен их остановить. Или я, или никто.
В том, что я оказался здесь так поздно, моей вины нет.
Они нас преследовали, морочили голову, заставляли бегать по кругу — и к тому моменту, когда мы поняли, что нам грозит, часы уже заканчивали обратный отсчет.
