Волнение нарастало. Неужели опять не угодила?!
– М-да, – протянул господин Лиссан, – должен признать, идея хорошая. Молодец.
У меня от сердца отлегло. Ему понравилось! В этот момент я имела полное право собой гордиться. Приятно, когда твою работу ценят.
– Так, смотрите все! – неожиданно обратился господин Лиссан к моим коллегам, слегка повысив голос. – Она всего первый день на работе, а уже сколько принесла мне идей. А вы сидите тут месяцами над одним рисунком!
И что-то мне в таком обращении совсем не понравилось. Я невольно скривилась. Зачем он так явно ставит меня в пример? Разве это хорошо? Ведь девушки, видимо, очень опытные и работу свою хорошо знают, а я…
Перевела настороженный взгляд на художниц. На лице Натали не отразилось ни единой эмоции. А вот у Танисы заметно дернулась щека и глаза чуть прищурились.
А между тем господин директор ловко сложил все мои работы, а также отрезы тканей, засунул все это себе под мышку и направился к выходу. На полдороги остановился, обернулся и кивнул мне:
– Идем со мной.
Я оглянулась на своих коллег, те продолжали делать вид, что увлеченно работают и ничего не замечают вокруг. Дернув плечом, я развернулась и последовала за директором.
– Напомни-ка мне, как тебя зовут? – бодро шагая по коридору в сторону своего кабинета, спросил господин Лиссан.
– Хельга, – просто представилась я, решив, что моя фамилия начальству не очень-то интересна.
Так и оказалось. Мне рассеянно кивнули, принимая ответ, и ускорили шаг. Я почти побежала за ним.
В своем кабинете господин директор надолго не задержался. Лишь сгрузил все мои работы к себе на стол. Затем обошел его вокруг, открыл одну из выдвижных полок, вынул мой первый рисунок с цветочками и торжественно вручил его мне.
– Начнешь с этого, – заявил шеф. – Рисунок необходимо разделить по цветам.
– Зачем? – не поняла я.
– Для чего это нужно сделать, я тебе сейчас покажу, пойдем.
И господин Лиссан дотронулся до моего локтя, осторожно выпроваживая меня за дверь. Едва мы вышли из кабинета, я отошла от господина, потому что близкое нахождение рядом с начальством меня, мягко говоря, смущало. Даже ладошки от волнения вспотели. Господин директор спокойно отпустил мой локоть и устремился вперед, я пошла следом.
Когда мы спустились на первый этаж, я заметила изумленный взгляд нашего секретаря. А шеф невозмутимо направился в конец коридора, где за решетчатой дверью был, как я уже догадалась, подъемный механизм.
Одним уверенным движением господин Лиссан отодвинул решетку и шагнул внутрь довольно тесной кабинки. Я застыла на пороге в нерешительности. Взглянула на руководство, тот с нетерпением на меня. И, видя мою заминку, властно кивнул, приглашая войти следом.
Оглянулась на Ерину, встретила до крайности удивленный взгляд девушки, потом снова посмотрела на хозяина фабрики. Тот нахмурился и сложил руки на груди.
– В чем дело, у вас клаустрофобия? – раздраженно вопросил господин Лиссан.
– Н-нет, – нерешительно протянула я.
– Тогда заходите, – уже теряя терпение повысил голос директор.
Я невольно вздрогнула и поспешила зайти внутрь.
Нет, кажется, клаустрофобия у меня все-таки имеет место быть. Потому что оказаться в замкнутом пространстве в непосредственной близости с незнакомым мужчиной, пусть даже этот мужчина является моим шефом, было как-то страшно. Тем более что отодвинуться на приличное расстояние не было никакой возможности. Кабинка была рассчитана явно только на одного взрослого человека. И вот сейчас господин Лиссан находился настолько близко, что я даже ощущала запах его парфюма. Стало совсем неловко. Невольно вжалась в стенку. На меня посмотрели с высоты своего роста, уголок рта директора дернулся в улыбке, а в глазах блеснул озорной огонек.
Пара неловких моментов, и господин директор одним уверенным движением опустил рычаг. Кабинка дернулась. Очень резко дернулась между прочим. А так как места здесь было до неприличия мало, а толчок был довольно сильным, я не устояла и всем телом впечаталась в своего нового шефа.
– Ой, простите, – пробормотала до крайности смущенная я.
Что удивительно, господин Лиссан ругаться не стал. Более того, меня тактично отлепили от себя и придержали за плечи, помогая устоять на ногах.
– Простите, – расстроенная своей неуклюжестью повторила я.
– Да ничего, – с хитрой улыбкой произнесло руководство. Потом задумчиво добавило: – Надо будет поручни здесь приладить.
Мне показалось, или надо мной искренне потешаются? Но не успела я с этим разобраться, как подъемник остановился.
Господин Лиссан привычным жестом отодвинул тяжелую решетку и первым вышел из кабинки. Я с облегчением шагнула следом.
Меня резко обдало потоком горячего воздуха, будто из печи. И тут же в нос ударил резкий неприятный запах какой-то химии. А ко всему прочему добавился оглушающе громкий, лязгающий звук, который, перекрывался равномерным гулом исправно работающих механизмов. Я испуганно оглянулась вокруг. По всей видимости, спустились мы с господином директором прямо в цех.
– Идем, – перекрикивая шум, позвал за собой шеф и направился к одному из проходов.
