Слона приходится брать, ибо отход короля 2. Kpf7 ведет к разгрому черных - 3. d6 - и уже не спастись. Попытка же ввести в бой ферзя обречена - 2… Ф: f5. 3. С; d7 + Kpf7 4. Kd8+ - и выигрыш белых! Если же 2… Ф: h5, то 3. С: d.7 -Ь Kpf7 4. d6 и черные или теряют ферзя, или получают мат ферзем на. f7. Но чем взять дерзкого слона? Если конем 2… К: сб, то последует 3. dc de 4. Kd8 Фс4 5. Ф: с4 be 6. еб с выигрышем. Или 4… 0g7 5. Феб и мат следующим ходом. Безопаснее взять слона пешкой: 2… dc
Но теперь освободился путь для броска белой пешки с серьезной угрозой черному королю:
3. d6.
Взятие этой пешки развязывает неотразимую атаку белых: 3… ed (Диаграмма 2.) 4. cd С: d6 5 ed Og3 6. Kf4 (Диаграмма 3.) Ф: f4 7. Феб + 4- Kpf8 8. КрЬ7 иучерных нет удовлетворительной защиты. Если 8… Фе5, то 9. d7 Ф: еб 10. fe Кре7 11. Крс7 и выигрывают.
Вот почему Корченный Тартар вынужден был вмешательством ферзя отвести удар белой пешки (стрелы) с поля d7.
3… Odl.
Но белые планомерно освобождают диагональ для действия своего ферзя, чтобы провести комбинацию «удушения» черных.
Ферзь черных уже не контролирует поле g7, и Геракл может пожертвовать сначала на g7 коня, а потом на f7 ферзя (героя!).
4. Kg7 + С: g7 5. ФГ7 + Кр: f7 (Диаграмма 4.).
Итак, король белых остался один на доске против черного воинства: короля, ферзя, ладьи, слона и дЈух коней! По рассказу слепого грека, царю светлых предстоит целых семь ходов и один ход быть в поле одному, вооруженному лишь «стрелами» (пешками!), и не только выстоять, но и победить противника!
6. еб -Ь Kpf8 7. d7 - вот он, смертельный зажим!
Оказывается, и один в поле воин!
Тартар делает попытку вырваться хотя бы конем.Но у Геракла мертвая хватка…
7… Ь4 8. а4.
Тартар лукав и пытается оплести противника коварной сетью. 8… Ь3!
Никак нельзя сейчас 9. (18Ф? Ф: d8 10. Кр: d8 be, и Геракл повержен! Но сила великого героя не только в гневном напоре, но и в ледяном спокойствии:
9. cb КЬ5 +
Тартар отдает своего коня, идя на все!
10. ab cb 11. d8Ф + + Ф: d8 + 12. Кр: d8 b4! (Диаграмма 5.).
Вот каково дно черного замысла! Сыграй здесь Геракл торжествующе 9. сб? и черным пат - ничья, закрывающая герою путь на светлый Олимп!
Однако Геракл настороже и не оставляет врагу никаких шансов. Своим тринадцатым ходом он завершает свой тринадцатый подвиг.
13. Крс7!
Черный король распатован, и белая пешка неизбежно пройдет на край доски, матуя черного короля.
Вот здесь богиня победы Ника, очевидно, и опустилась на игровое поле, коснувшись крылом Геракла.
Корченный Тартар скандалил, пытаясь доказать, что план Геракла был ложным и опровержению помешал бог Гипнос, усыпивший бдительность Корченного Тартара.
Тогда богиня Каисса показала, что, если бы Корченный Тартар на восьмом ходу играл иначе, это не помогло бы ему:
8… Ф: h5 (Диаграмма 6.) 9. d8Ф + Фе8 10. h5!
Но, конечно, не 10. Ф: е8, как показывал Корченный,после чего ему хотелось 10… Кр: е8 11. h5 Cf8! 12. Kpb7 Kpd8 13. Кр: а7 Крс7 - и ничья! При внимательной же игре будет совсем не так!
10… КЬ5 + 11, ab ЬЗ 12. cb cb 13. Ф:е8+ и снова выигрыш на тринадцатом ходу!
Поскольку мне после двадцатилетних усилий удалось воспроизвести на шахматной доске «шахматную Трою», описанную «ожившим Гомером XX века» - битву богов на склоне Олимпа, во мне утвердилось убеждение, что шахматная игра, завезенная с Востока, была известна и древним грекам, найдя даже свое отражение в одном из мифов. И возможно, что старинные ограничения действий фигур были последующими искажениями ее первоначальных «божественных» правил, восстановленных ныне полностью.
Пусть это лишь гипотеза, но, может быть, она придется кому-нибудь по сердцу!
«Любовь - это и есть одно из самых удивительных
Чудес Света»
Археолог Детрие стоял на берегу Нила и кого-то ждал, любуясь панорамой раскопок. Кожа его от загара так потемнела, что не будь на нем светлого клетчатого костюма и пробкового шлема, его было бы трудно признать европейцем. Впрочем, черные каленые усы делали его похожим на Ги де Мопассана. Непринужденность гасконца и знание местных языков, арабского и в особенности языка, на котором говорили феллахи, сходного с языком древних надписей, столь дорогих археологам, позволяли ему здесь быстро сходиться с людьми. Например, с самим пашой, от которого зависела выдача разрешений на раскопки в Гелиополе.
