— Мне повезло сегодня, — сказала мама, — я вышла на охоту, когда было еще темно и с неба лились "слёзы возмездия". Я понимала, что мне во что бы то ни стало необходимо найти пропитание для себя и моих котят. Как ни странно, смертельный для многих живых существ ледяной ливень мне помог. Я быстро наткнулась на большую намокшую, замерзшую прямо в полете, ворону. Она лежала на спине, почти совсем окоченевшая, но еще живая. Я затащила ее под густую ель и съела не жуя. Мне не составило труда справиться с ней. Она была не способна оказать мне сопротивление. Конечно, ворона не слишком вкусна, но выбора у меня не было. Так я и сидела под елью на густой хвойной сухой подушке и думала, что же делать дальше. Разлапистая ель прикрыла меня от ледяного дождя, создавая естественный навес. Подушка из хвои не давала намокать моим лапам и шерсти на животе. Наверное сегодня счастливый день, потому, что мне повезло вторично. С ели свалилась полумертвая белка. Наверное перед дождем она лущила на ней шишки и "слёзы возмездия" застали ее врасплох. Ее шерсть быстро обледенела под их струями и белка потеряла способность прыгать. Ее вес сильно увеличился из-за налипшего льда и замерзшие лапы отказывались подчиняться. Она прыгнула на соседнее дерево, но не допрыгнула и рухнула прямо перед моим носом возле ели, под которой я пряталась. Я быстро выскочила, придушила ее и затащила под навес. Еда была. Оставалось только переждать ледяной дождь. Непогода продолжалась долго, я начала нервничать, не зная как вы тут, без меня. Я знала, что оставила вас голодными, и мое сердце сжималось в тревоге. Вот она, еда. Лежит рядом со мной. В ней ваша жизнь. Но я не могу доставить ее вам, не погибнув сама. Проходили мучительные часы, я не находила себе места. Вдруг сквозь плотную пелену серых тяжелых туч блеснул луч солнца! Я аж подпрыгнула от неожиданности. Серое покрывало раскололось на множество грязных и рваных кусков и ветер весело погнал их на закат. Дождь мгновенно прекратился, и я увидела сияющий лик Огненного Кота. Он махнул мне хвостом, указывая путь домой и подмигнул. Схватив белку за обледенелый мех, я что есть сил рванула домой, торопясь к моим голодным брошенным малышам. И вот я с вами. И вы живы и сыты. Я не могу поверить в свою удачу. Честно говоря, я уже мысленно прощалась с жизнью, отправившись в такую погоду на охоту. Чудо, произошло настоящее чудо!
— Почему ты не говоришь, как было на самом деле, Миу-миу? — спросил меня брат. — Расскажи маме, что это ты вызвал Солнечного кота и попросил прекратить ледяной дождь!
— Да, Миу-миу, расскажи сам! — поддакнула Мяу.
— Неужели это правда? — спросила мама, недоверчиво гладя мне в глаза. — Ты смог докричаться до своего великого отца? Неужели это правда, мой родной?
Я хитро посмотрел на маму и улыбнулся.
— Да, это так, — тихо ответил я. — Я пел отцу "песню отчаяния" и исполнял "танец смерти". Я не знал, что он услышит меня и поможет, но видимо я и вправду его сын. Он услышал мой крик и проснулся. Тогда я понял, что он помнит обо мне и любит. И тебя помнит, Ма! — добавил я тихо, заглянув в повлажневшие, большие и бездонные, как темное ночное небо, глаза матери. — Он тебя помнит и любит… — прошептал я еще тише, чтобы могла услышать только она.
Ма гордо запрокинула голову, сузила глаза и устремила немигающий мечтательный взор куда-то так далеко, что никому из живых не найти туда дорогу.
…Мы, согревшиеся едой, счастливые ее возвращением и ее удачной охотой, окрыленные произошедшими событиями, тихо уснули с верой в хорошее "завтра".
Мне снился мой отец, Огненный Кот, восседающий рядом с моей матерью на белоснежном облаке, которое гнал по небу резвый ветерок. Отец распушил свои сияющие усы и мотал хвостом, подгоняя летящее облако, а мама, серенькая незаметная мама, уткнулась носиком в его рыжую шерсть и громко мурчала "песню любви", старую, как мир и бесконечную, как вселенная…
…Наступило время "белых мух забвения". Так мама называла то белое, похожее на пух летних желтых цветов, которые заполоняли лесные поляны, раскрывая свои яркие солнечные глаза на рассвете и закрывая их на закате. Через какое-то время их золотые шапки превращались в белые и пушистые, напоминающие крошечных облачных мышей, гонимых Солнечным котом по бескрайним голубым просторам. Эти легкие пуховые головки так же гнал по земле легкий ветерок, разрывая в клочья и сбивая из них невесомые перинки, в которые мы любили тыкаться носами, а потом чихать от пробившейся в ноздрю пушинки. Это было очень весело напрыгивать на скопления пуха и смотреть, как они разлетаются в разные стороны и оседают на нашей шерсти. Мы сами становились в итоге похожи на маленьких пушистых ангелов Радуги.
