По спине девушка прокатился жар.
Она резко выпрямилась и прижалась к сиденью, втянув голову в шею.
- Итак, Дим, давай рассказывай какими не попутными ветрами тебя занесло к нашему дому,
- начала мама.
- Теть Нин, я к вашей Тоньке на полных щах...то есть на полном серьезе.
- Ну-ну, и поэтому проходу не даёшь?
Тоня недовольно фыркнула. Нашла мама время поговорить с Артамоновым.
- А как за вашей дочерью тогда ухаживать?
Артамонов послал Тоне в зеркала заднего вида довольную не то ухмылку, не то улыбку, за которую захотелось ему врезать. От души так.
- Кино? Парки? Выставки? Кафе?
- Звал, теть Нин! Не соглашается ни в какую.
- Мам... хватит...
- И вот так всегда.
- Я не с тобой разговариваю, Артамонов!
-Тоня, не кричи.
- А вы перестаньте разыгрывать спектакль. Мам, ты прекрасно знаешь, что он, - она ткнула пальцем в водительское сиденье, - не дает мне прохода! И это уже не шутки. Зачем мы вообще сели к нему?!
Она заводилась сильнее.
Грудь сдавливало.
А еще... Тоня была уверена, что если она обернется, то увидит едущий за ними Патриот. А Артамонов тоже его видит?
- Дима, нас тоже высади у универа. Мы прогуляемся.
- Мам, не хочууу, - Кнопка осторожно пихнула мать в бок.
- Придется. Тоня, выйди-ка и забери с собой Кнопку. Я кое-что скажу Диме.
Тоня вылетела пулей. За ней, пыхтя и сопя, вывалилась Кнопка.
- Это не рррынок.
Сестренка активно училась выговаривать букву "р".
- Это универ. Ты же слышала.
Тоня обернулась и прищурилась. Так и есть! Патриот следовал за ними.
Но за рулем сидел не Богдан. Ей бы выдохнуть, успокоиться. Мало ли Патриотов в городе. Ну-ну, конечно. Тюнингованных раз-два и обчелся.
Когда машина плавно проехала мимо, Тоня даже шею вытянула, пытаясь рассмотреть кто же за рулем.
Один из "пятерки". Он припарковался и спрыгнул на землю. После чего мазнул по ней взглядом, зацепил «камри» и направился к входу.
Тоня моргнула. И как это понимать? Как это, черт побери, расценивать?
-Ты куда?
Кнопка обежала и встала у Тони на пути. Тоня только тогда поняла, что сделала шаг за ним. В это время как раз из «камри» вышла мама. Хмурая и серьёзная.
- Мам...
- Сейчас пересядем на маршрутку и поедем дальше, Кнопка.
- Мам, что ты ему скачала?
- То, что была должна давно сказать.
Настаивать бессмысленно, Тоня это знала. Если мама решила, что ее не стоит посвящать в подробности, так и будет.
Блин.
Блин блинский.
И что ждать от сегодняшнего дня?
Как ни странно, он прошел тихо.
Богдану не сиделось дома. Места себе не находил. Шлялся бесцельно из комнаты в комнату. Несколько раз заходил на кухню, открывал холодильник и пялился на его содержимое. Имелось много всего - и сыр, и мяса. Молоко. Какая-то непонятная фигня в пачках тоже имелось.
Но ничего не хотелось.
Пиво тоже было. Безалкогольное в том числе.
Взяв баночку, выдул половину. Поморщился и швырнул в раковину. Потом постоял с минуты, подошел, вылил остатки, а баночку всё-таки в ведро отправил.
У них не принято свинячить. Каждый убирает за собой.
Привезли тренажеры. Парни, как и полагается, их лично перетаскали в подвал. Дальше началось интересное. Они же все умные, зачем им профессиональные сборщики, сами с усами. Ну и понеслось. Кто куда и что поставил и нахера, самые актуальные вопросы вечера.
Богдан не особо участвовал. Парни сами разберутся. Ему что-то не до железяк.
В груди свербело. Гнало из дома.
В очередной раз психанув, Богдан схватил ключи и натянул короткую парку.
-Ты куда?..
Рядом встал Андрей.
- Прокачусь.
Андрюха коротко кивнул, не задавая лишних вопросов. Знал, что если бы Богдану требовалась компания, он бы сказал открыто.
Выйдя на крыльцо, Даров вдохнул полной грудью морозный воздух.
На улице как раз закончилась небольшая метель. Богдан огляделся. Один Патриот загнали в гараж, второй всегда был на ходу. Мало ли. Снегу намело маловато, лопатой можно перекидать.
Но потом..
Сжав зубы и хмуря брови, Даров направился к тачке. Настроение было откровенно паскудным. По хорошему бы в зал... На спарринг. С тем же Андрюхой. У того удар дай Боже. Пропустишь - сам виноват. Зато дурь выбивает классно.
А него сейчас стока-а дури в башке, что пиздец. И одна интереснее другой.
А главное - вся дурь вокруг рыжей Тоньки крутится.
Ладно, не вся.
Есть ещё покровитель... который и не покровитель вовсе. Но про него сейчас точно лучше не думать. Сорвется и поедет в клуб. К нему... И ведь Богдана пропустят! Сто пудов.
К разговору с отцом Богдан не был готов.
Сначала думал, что дядька какой-нибудь. Родственник. Хера.
Отец... Можно, конечно, иронично его папаней назвать, но парень сдерживался. Ирония пока не уместна. Нет в жизни черно-белых полос, нет правых и сто процентов виновных. Есть приказы, обстоятельства, внешняя сила. Выбор, который делает каждый человек ежедневно. Такова правда жизни.
А ещё есть другая правда.
За все надо платить. За те блага, что на них свалились - тоже.
Принимать их или нет - другой вопрос...