Но как же он был глуп, когда озвучил этот чертов запрет. Он мечтает врезать себе в лицо за идиотские слова, о которых теперь сожалеет, как никогда и ни о чем другом. Стоило предположить, что Мира так просто не смирится. Не смирилась. Искушает, как змея, показывает, какое яблоко сочное и сладкое, что не попробовать его нельзя, а Майк уже начинает распадаться на части.
– Помоги мне, любимый, – стонет она, закусывая персиковую губу и с мольбой глядя на парня, а пальцы влажную дырочку. Она ерзает по постели, глубоко дыша, и скользит пальцами по груди, задевая твердые соски, сладко постанывая, приглашает к себе. В себя. Нетерпеливо кусает и лижет губы.
– Детка, – тяжелым низким голосом говорит Майк, сглатывая вязкую слюну, которой рот наполнился. – Ты должна спать, завтра в школу.
И побеждает разум. Браво.
Он стискивает челюсти, чуть ли не стирая зубы в порошок. Он подрывается с места, оставляя девушку одну со своим голодом. Спешно достает из кармана штанов телефон, сжимая в руке, и влетает в ванную. Железный стояк уже болезненно ноет, нуждаясь в скорой разрядке. Майк не дает покоя мысль, что сейчас он мог бы подмять под себя свою Миру и осуществить то, что в голове как назло крутится.
Он хлопает дверью и, снимая телефон с блокировки, заходит в фотопленку, открывая одну из фотографий обнаженной чертовки. Через экран на него глядят блестящие глаза. Провоцирующий взгляд, играющий, манящий. Он ненавидит себя сейчас за то, что оставил свою малышку одну, бросил, как последний ублюдок, но разум утешает, нашептывая, что все правильно, что так и надо, что позже он получит свою награду. Но Майк хочет ее сейчас. Нагнуть и трахать всю ночь, а потом гнать невыспавшуюся в школу. Как раньше.
Он держит в руке телефон с фотографией Миры на весь экран, а другой рукой лезет в штаны, обхватывая твердый от возбуждения член.
Как же, тяжело быть родителем.
***
– Перепроверь эти источники, Логан, – говорит Майк, быстро пролистывая папку с документами и даже взгляда на брата не поднимая.
Братья приехали в офис в самую рань и торчат в кабинете уже пол дня. Прикупив побольше кофе в местной кофейне, они вооружились, готовясь перелопатить кучу бумаг с поставками и продажами. Встала проблема с морскими перевозками, из-за которых все дела и сделки застопорились. Сроки поджимают, но сделать ничего нельзя.
– Черт, тут работы на весь день, – вздыхает старший Рид, откладывая папку, и трет переносицу.
– Что будем делать? – задумчиво спрашивает Логан, пробегаясь глазами по документам в своих руках. Он лежит на небольшом кожаном диване у стола, весь заваленный папками.
– Надо связаться с заказчиками, сообщить о появившейся проблеме. Какого хера вообще? – Майк бьет ладонью по столу и резко поднимается, подходя к панорамному окну. – Никогда таких проблем не возникало, никогда, черт возьми.
Логан поднимает взгляд на брата, закрывая очередную папку и доставая из кармана пачку сигарет и зажигалку. Он привстает, и папки, лежащие на его груди, с глухим стуком падают на пол, покрытый светло—серого цвета ковром. Он закуривает, поджигая кончик сигареты, и зажимает фильтр меж губ, делая затяжку.
– У тебя есть предположения, кто к этому может быть причастен? – спрашивает младший Рид, выпуская дым и смотря на брата, стоящего к нему спиной. Майк хмурым взглядом разглядывает людей внизу, куда-то торопящихся, многочисленные машины. В центре города привычная суета.
– Ты думаешь, что это обязательно чьих-то рук дело? – он разворачивается к брату, ослабляя удушающий галстук на шее, и сует руки в карманы брюк.
– Я думаю, тут дело в конкуренции, – пожимает плечами Логан, стряхивая пепел в пепельницу, лежащую на краю стола. – Ты не задумывался о том, что тот, кто на имя Линга заказывает детали, мог подрезать пути нам?
– Если дело в этом, то нужно скорее разобраться, – старший обходит стол и опускается на диван рядом с братом, забирая из его пальцев сигарету. – Анонимность очень ему помогает, – хмыкает он, делая затяжку.
– Я никак не могу избавиться от мысли, что тот, кто это проворачивает, известен нам, – Логан прищуривается, задумчиво почесав затылок.
– Однозначно, иначе он не стал бы скрываться, – кивает Майк, выпуская едкий дым через рот и отдавая сигарету брату. Младший о чем-то задумывается, уставляясь в одну точку на полу и перебирая пальцами тлеющий окурок. – Все еще думаешь, что это может быть Габриэль?
Логан резко переводит взгляд на брата, слегка хмурясь.
– Не знаю, – негромко говорит Логан, качая головой. – Я думал об этом, много думал. Он никак себя не выдает. Как призрак. Здесь он вообще? Отец говорил, что он перебрался в Японию после того, как отправил меня в тюрьму.
– Значит, мы должны выяснить, он это или нет, – Майк хлопает брата по плечу и поднимается, садясь за свой стол и подтаскивая к себе стопку папок. – Придется быть внимательнее к делам на улицах. Нужно взять под контроль все перевозки. Наземные, воздушные, морские. Кто-то хочет нам дело подкосить, я этого не допущу.
