Так вот, под это дело Сикорски, напрягши все связи, выбил себе страшной силы документ. Позволяющий ему обладать любыми инопланетными артефактами, кроме «красной» и «оранжевой» категорий. Личное оружие к этим категорям не относится. Оно проходит как «жёлтое» — типа как лазерный резак или сварочный аппарат. Ну и, соответственно, теперь наш Руди теперь расхаживает с «герцогом». Естественно, вещь скрытого ношения. Но все знают, что у него он есть.
Всё это, конечно, очень интересно. Вопрос: мне–то почему снится, что я стреляю из «герцога»? Причём в человека? Потому что рука явно человеческая. Дальше я, к сожалению, не вижу. Или вижу, но не запоминаю. Но стреляю я именно туда. И ору. Хотя не должен — в этом–то я уверен. Орать не должен, а не стрелять. Стрелять–то я как раз должен, потому что иначе он реализуется, а потом откроет дверь, и оттуда
Хватит! Всё! Я не хочу, слышите — не хочу! Я. Не. Хочу. Ничего. Этого. Видеть. И. Знать. Не лезьте ко мне с этим. Обратитесь к тому же Сикорски, это по его части. Мы тут про Горана Ируканского как раз начали. И продолжим, кстати. Вот прямо с этого места и продолжим.
Горан Ируканский был землевладельцем, аристократом и богатым человеком. Несмотря на популярность в Ирукане культа святого Мики и растущее влияние Ордена, он оставался верен традициям и родовому дереву. Он любил изловить на своей земле чёрных монахов и как–нибудь над ними подшутить. По арканарским меркам — почитай что беззлобно: подержать несколько дней в подвале на солёной рыбе, заставить друг друга выпороть по-братски, или просто напоить до полусмерти, вином или чем–нибудь ещё — это, можно считать, пустяки. Наказывал всерьёз он только тех, кто не понимал его шуток. Однажды ему попался упрямый монах, который не хотел пить ослиную мочу. Горан, естественно, распорол ему живот и всыпал в кишки красных муравьёв. Монах скончался довольно быстро, а ночью приснился Горану и поведал ему, что он — святой Мика, и более того — бог.
Такая доктрина была чем–то новым. Эсторцы и жители Запроливья чётко разделяли бога — который, по всеобщему мнению, был невидим и не имел ничего общего с плотью — и всё материальное, от святых деревьев до святых людей. Да, кстати, перевод «святой» по отношению ко всем поклоняемым предметам — очень неточный. В арканарском был префикс «сау» — неопределённое обозначение превосходства по какому–то параметру, что–то вроде «сверх» или «супер». Чтобы уточнить, что именно имеется в виду, использовались суффиксы окачествования. Например, «сау-да» означало «больший», «сау-на» — чётче различимый, слышимый или обладающй более резким вкусом, а «сау-ко» — лучший в моральном смысле. Однако это слово применялось и без уточняющих суффиксов, когда речь шла о предметах или людях, достойных поклонения. Если «саударон» означало «великан», а «саукорон» — «добряк», то просто «саурон» значило «святой», буквально — «сверхчеловек». Ну то есть человек, прославившегося чем–то таким, что заслуживало, по мнению арканарцев, поклонения. Например, святому Тукке приписывали, будто он простоял двадцать лет с камнем на голове. Про святую Бару рассказывать не буду, извините… Бог же считался иным существом, чем люди, и имел особое имя — «моргот». Причём слово «морготрон» обозначало не богочеловека, а жреца или священнослужителя.
Хотя не всё так просто в арканарском языке. Левин вот запомнил, что «кули» по-арканарски — задница, а «саукули» — не суперзадница, а вовсе даже нужник. Кстати, «саудакули» — действительно, «большая задница», «саунакули» — видная задница, а вот «саукокули» — извращенец. Вот так вот.
Тем не менее, приснившийся Горану Мика изложил именно такую экзотическую доктрину: он назвался не «сауроном», а «морготом», заявил, что все истории про его молодость — сказки, и что он спустился с неба прямо в Питанские болота. Дальше он рассказал много чего интересного, что Горан впоследствии изложил в своей книге «История Пришествия». Впоследствии проклятой всеми церквями Запроливья и запрещённой светскими властями в Ирукане и Арканаре.
