Я занервничал. Включаю панельку. В одну сторону, конечно, только на приём. А на той стороне — компания каких–то парней в растянутых свитерах и с недельной щетиной. Которые, перебивая друг друга, орут: «Ребята! Держитесь! Через два часа будем здесь!» И всё такое прочее.
В полном недоумении смотрю сигнатуру и характеристики сигнала. И становится мне нехорошо.
Оказывается, это ГСПшники! Группа Свободного Поиска, чтоб ей ни дна, ни покрышки. Какой пёс их сюда притащил?! Но факт есть факт: их дурацкий корабль что–то делал в экватории ЕН383. Искал клады, наверное. Или следы иных цивилизаций. Или просто какую–нибудь неназванную планету, чтобы дать ей имя любимой женщины, блин. А может и парня: в компании я двух девок заметил. Патлатые такие, увешаны фенечками. И вся эта развесёлая кампашка на всех парах летит сюда. Не просто так, а спасать людей! Потому что SOS! А у меня в сотне километров от этого самого контейнера — звездолёт! Совершенно беззащитный! Даже невидимость не включишь!
И что сделают эти уроды? Сначала, конечно, выловят контейнер. Потом попытаются выйти на связь с нами. Ну, можно не отвечать. Так они полезут его вскрывать. Потому что подумают, что контейнер выброшен из этого самого корабля (и правильно подумают). Значит, на корабле катастрофа? А вдруг там ещё живые есть? Точно полезут! Начнут резать обшивку какой–нибудь плазменной гадостью, если она у них имеется. А если нет — устроят шум на весь космос: все сюда, спасайте людей! И ведь прилетят. И не убежишь — эти ребята закрепятся на обшивке, не стартанёшь. Вот ведь засада.
А главное: я сам в этом виноват. Ну как, как я мог так рисковать?! Чем думал?!
Кстати, понятно ведь чем. Пилотскими привычками, вот чем. Привык, что сначала нужно сделать всё запланированное, а потом ставить корабль на тестирование. Вбили в меня это в лётном, вбили.
Значит, сидим мы с Сашей, слушаем, как эта банда придурков орёт — «Держитесь, ребята! Мы вот-вот! Ребята, держитесь! Мы вас спасём, ребята! Дышите медленнее! Кислород экономьте! Мы вот прям щас! Мы уже на подходе!» И я понимаю, что спасения нет. Сейчас вот эта банда жизнерадостных придурков поставит крест на всех наших планах. Меня убьют, Саше в лучшем случае память сотрут. В лучшем, повторяю, случае.
Хорошо, что на «Призраке» нет оружия. А то у меня уже совсем нехорошие мысли в голову полезли.
И тут до Саши дошло, что маячок–то можно отключить. Так же, как и включили. Дистанционно. Что даст нам немного дополнительного времени.
Когда сигнал исчез, они там все совсем с ума посходили. Продолжают трансляцию и орут: «ребята, мы всю скорость выжимаем, мы вас найдём, мы вас запеленговали, мы верим, что вы живы, держитесь-держитесь». Одна патлатая девушка так даже зарыдала, парни в свитерах её утешали, продолжая орать своё «держитесь-держитесь». А я смотрел на всё это с ужасом и считал секунды. Потому что в космосе далеко видать, а они должны уже быть в пределах досягаемости оптики.
Но нет. Они всё орали и орали своё «мы вас найдём, мы скоро-скоро, мы уже-уже». Но никакого «мы вас видим».
Тут я, наконец, посмотрел на экран. И понял, что нас от них закрывает планета типа Юпитера.
Вот честно — я в тот был готов её в оба полюса расцеловать, красавицу.
В общем, когда эти охламоны, наконец, появились, нас уже было не видно и не слышно ни в каких диапазонах. И смотрим, как их кораблик — «Ангара» какой–то старой модели — крутится-вертится, пытаясь сманеврировать дюзами. Я про себя думаю: «дурачьё, гравик включите, а то так и будете крутиться». Нет, так и крутились. Наконец сравняли пеленг и попытались втянуть контейнер гравиком. Но перепутали полярность и контейнер от них отлетел мячиком. Тогда они вышли сами с грависетью и принялись его ловить. Сидим, нервно ржём. И смотрим, как эти хмыри контейнер затаскивают на борт. Суетясь и друг другу мешая.
Интересно, что они думают по поводу того, откуда в пустом космосе взялся контейнер с тремя здоровыми мужиками, залитыми клеем и спящими?
Ох, только бы они их не начали будить. Эти вояки спросонья могут и шею сломать кому–нибудь.
Вот нехорошо–то выйдет.
Ну всё. Финита ля комедия.
Собственно, можно стартовать, но Саша занята. Она себе безынерционную камеру оборудует. Ну что поделаешь, плохо переносит деритринитацию человек. Тошнит её, бедную. А тут ещё высокие риманы и легенные ускорения.
Вот странно. Когда я пилотировал, у меня перед рейсом всегда небольшой мандраж был. Это нормально, кстати. Ненормально — когда полное спокойствие. Полное спокойствие должно быть у пассажиров, а пилоту полагается немножко нервничать. Но вот сейчас у меня как раз полное спокойствие. И не пассажирское, а какое–то другое. Твёрдая такая уверенность: всё будет хорошо. Даже прекрасно.
Заполнил полётную ведомость. Дела всегда следует оставлять в порядке. Вот чтобы никто не сказал: сбежал дядя Яша и оставил за собой свинство. Этого за мной никогда не водилось — свинства. Всегда всё до последней записи оформлял как положено.
