Факап полностью

А с другой стороны. Я что, виноват в чём-то? Сделал что-то не так? Хотя да, сделал, ещё как сделал. Ну за это мог бы и ответить. Но я же не за это здесь сижу? А вообще непонятно за что.

А с точки зрения общества, со мной вообще ничего не случилось. Потому что настоящий товарищ Яков Вандерхузе занимает свою социальную ячейку, приносит пользу обществу и всё такое. Лишний Вандерхузе вродне как есть, но в социальном смысле его не существует. Потому что — ну какой я теперь член социума? Так, паразит какой-то. Правда, вреда от меня немного. Ну, чего-то со склада увёл. Делов-то.

Ладно, всё это какие-то пошленькие рефлексии. Пойду чем-нибудь займусь. Переписку почитаю, что-ли. Или всё-таки сериальчик?

Нет, лучше переписка. Это всё-таки больше похоже на осмысленную деятельность. Хотя на самом деле...

Всё, всё, всё. Хватит уже об этом.

Пёс.

Пёс, пёс, пёс.

Да, это всё тот же день. Да, это всё тот же я. Сижу и не знаю, что чувствовать.

Именно в такой формулировке. Что думать — примерно себе представляю. Что делать — знаю, и сейчас сделаю. А вот что чувствовать — не понимаю абсолютно.

Короче.

У Лены Завадской есть мужчина.

Этот мужчина — Яков Вандерхузе.

Где коньяк?

Алкоголь всё-таки зло. Во всяком случае — в больших количествах. Добыл себе сильных успокоительных. Вот сейчас кибер принёс. Хорошие, кстати, таблеточки. Не глупеешь, подъёма беспричинного не испытываешь. Просто убирается лишняя тяжесть.

Про вчерашнее. Я довольно внимательно просмотрел почту где-то на месяц назад. И нашёл ещё два упоминания Завадской. Из которых следовало, что мы с ней, по крайней мере, общаемся.

И на всякий случай, ни на что особо не рассчитывая, я открыл один старый адрес. Я его сделал для нашей с Леной личной переписки. Не то чтобы очень секретный или защищённый, но найти его затруднительно. После той записи на свой юбилей я его,  естественно, не открывал. Чтобы не прочесть чего-нибудь гадкого. С меня и того раза хватило.

Но теперь я его открыл. И обнаружил довольно регулярную переписку. В основном на тему "где и когда можем увидиться".

А предпоследнее письмо было совсем убойным.

Вот что мне Лена написала:

"Яша, в прошлый раз ты мне сказал, что жизнь идёт, а меня никогда нет рядом.

Я тогда ответила резко. Как любой человек, который виноват и не хочет этого признавать. Но я хочу быть честной перед тобой и перед собой. Особенно после того, что случилось. Мне пришлось очень серьёзно подумать.

Да, я много работаю. Ещё больше я думаю о работе. Я не могу и не хочу здесь ничего менять. Для меня принимать решения — это смысл жизни. А Мировой Совет — то место, где я могу принести наибольшую пользу человечеству.

Но я всё-таки хочу быть с тобой. А единственный вариант, при котором это возможно — ты должен быть со мной.

К тому нашему разговору. Бадер в этом году уходит из Совета с концами. Пётр  Гыргольтагин уходит тоже, он давно собирался вернуться в науку. Остатки КОМКОН-1 сливаются под ДГБ. Одновременно Горби провёл ряд встреч с руководителями Внеземелья.

Ты понимаешь, что это означает в политическом плане? Надо определяться. Всем придётся определяться. Но ты не все. У тебя то преимущество, что ты можешь получить взамен что-то реальное.

Вчера я говорила с Комовым. Он очень не хочет тебя отпускать. Но я его почти дожала. Кирилл Александров тебя не знает, однако он готов рассмотреть твою кандидатуру. Плюс мои возможности. Всё должно получиться. И в кандидатском статусе ты не зависнешь.