- Нет, Идоменей, – Федра предпочла не заметить насмешки, – я знаю, ты всегда поступаешь, как считаешь нужным, без оглядки на кого-либо, и никогда не меняешь своих решений. Но ещё я знаю, что ты великодушен, и великодушие твоё происходит от осознания своей силы. Ибо только очень сильные люди могут снисходить к слабым.
- Он кто? Бог?
- Не совсем, но в Тритейлионе он как бог. Здесь ему принадлежит всё: и дома, и поля, и сады, и виноградники, а ещё лошади, овцы и другая скотина. Рыба, проплывающая у берегов поместья, также принадлежит ему. Ты, я, другие рабы, тоже его собственность.
- Он как Зевс?
- Ну, нет! Настоящие боги бессмертны, а наш господин смертен, как все люди.
- Господжа говорила, что боги живут на горе и дом господина тоже на горе, – не унималась девочка.
- Это совсем другая гора, Хиона.
- Другая? – разочарованно переспросила девочка.
- Гора на которой живут боги, находится далеко отсюда, за понтом, – Клития махнула рукой в сторону моря.
- Если он не бог, то почему его все боятся и слушаются? Даже господжа!
- Он хозяин и для госпожи, потому что он её супруг, – терпеливо объясняла Клития.
- А я? Кто я?
- Ты рабыня!
- Это значит – я плохая?
- Нет, ты не плохая, Хиона, – Клития прижала девочку к себе, – просто ты ещё маленькая и многого не понимаешь, ну, ничего, научишься всему со временем.
- Он меня не любит!
- Господин не должен любить рабов, он любит только госпожу и своих сыновей, а мы всего лишь обязаны ему хорошо служить.
Хиона вздохнула, несмотря на то, что Клития старалась ей всё объяснить, она никак не могла понять, почему жизнь в Тритейлионе с приездом господина Идоменея, для неё так изменилась. К ней больше не допускали Тавриска, не разрешали бегать по саду, который она только-только начала изучать. Большую часть времени она теперь проводила в гинекее, в покоях госпожи. Галена пыталась усадить её за вышивание, Хиона думала, что стоит ей взяться за иглу и стежки лягут сами собой, но увы! Она лишь пальцы исколола, да ткань в пяльцах кровавыми пятнышками запачкала. Госпожа посчитала, что рано ей учиться вышивать, велела Галене принести коробочку со спутанными клубочками и приказала Хионе разобрать их по цветам. Эта работа ей больше понравилась, чем вышивание, но бегать с Тавриском всё равно было интереснее. В сад теперь она выходила только в сопровождении Клитии, госпожа наказала девушке строго следить, чтобы Хиона не попадалась её мужу на глаза. Когда рабыни случайно встречали на своём пути хозяина Тритейлиона, Клития хватала девочку за руку, и уводила её к гинекею или увлекала в боковую аллею. Уставшая от запретов Хиона спросила свою подругу, когда она снова сможет свободно гулять по саду и террасам? Клития ответила:
- Когда господин Идоменей уедет из Тритейлиона.
- Когда же он уедет, Клита? – наивно спросила девочка.
- Так нельзя говорить, Хиона! – рассердилась девушка, – я тебе много раз повторяла, что хозяин здесь он! Когда захочет, приедет, когда захочет, уедет. Знай, что с позволения господина ты осталась в Тритейлионе, иначе тебя отправили бы обратно в город.
- В город? – испуганно спросила девочка и замотала головой. – Нет! Я не поеду! Я не хочу в город!
- Я тоже не хочу, чтобы ты уезжала, моя маленькая подружка. Я успела к тебе привязаться, ты мне стала как сестричка, поэтому прошу, слушайся госпожу и меня. Не подводи нас.
- Хорошо, Клита, – бросилась Хиона девушке на шею, – я буду слушать господжу, и тебя буду слушать.
С самого утра Идоменей отсутствовал в верхнем Тритейлионе, в сопровождении управляющего Нисифора он совершал объезд своего поместья. Стоял погожий солнечный день, Федра разрешила Клитии с Хионой воспользоваться моментом, чтобы прогуляться по саду. Рабыни остановились у бассейна, в его потемневшей воде плавали жёлтые листья. Каждой утро приходила рабыня из посёлка и вылавливала их сачком, но на следующий день листьев становилось ещё больше. На той стороне бассейна – андрон, туда Хионе строго–настрого запрещено ходить. Приземистое одноэтажное здание с прямоугольной верандой перед входом, совсем не походило на жилище бога, дом госпожи намного больше и красивее.
- Клития, Хиона, идите скорее, госпожа зовёт! – услышали рабыни голос Галены.
В своих покоях Федра встретила их с большим мотком разноцветных лент.
- Послезавтра праздник, в честь Гермеса-Прибыльного во время празднования состоится процессия и жертвоприношение Гермесу. Так как цветов в саду почти не осталось, я подумала, что гирлянды для украшения храма и алтаря можно сплести из лент и бахромы. За работу мы примемся прямо сейчас, нужно разобрать эти ленты, разложить их по оттенкам, затем разгладить, потом мы приступим к плетению. Хиона, - обратилась Федра к девочке, - ты будешь относить ленты Галене на кухню и ждать, когда она их выгладит, затем приносить их нам обратно. Когда мы займёмся плетением гирлянд, я расскажу вам об этом празднике.
