Противоборствующие стороны в населенной людьми части галактики накапливают силы, строят планы, обзаводятся союзниками и теряют их. Внезапно оказывается, что даже боевая организация освобожденных рабов Одюбон Баллрум не защищена от проникновения агентов рабовладельцев Мезы. Берри Зилвицки, королева Факела, нового государства на бывшей планете рабов, и ее подруга, мантикорская принцесса Рут Винтон, чудом остались живыми при злодейском покушении из серии тщательно организованных убийств, направленных против Мантикоры и Факела. Для их защиты перебрасывается подразделение антирабовладельческого корпуса биологической разведки Беовульфа. Между старшим офицером подразделения и королевой пробиваются взаимные чувства.Резидент разведки Хевена Виктор Каша и временный глава разведки Факела Антон Зилвицки, объединившись в ходе освобождения планеты, берутся за смертельно опасное расследование тайн Мезы прямо на самой планете. Им удается получить важнейшую информацию о существовании и планах скрытого Соответствия, которое стоит за всеми кознями Мезы, от Джека МакБрайда, начальника службы безопасности одного из главных исследовательских центров этой тайной организации.Звездный Сектор Майя, протекторат Солнечной лиги, предпринимает все меры для своей будущей независимости и выживания в надвигающемся кризисе. Его замаскированный флот с огромными потерями отражает попытку Соответствия уничтожить жизнь на Факеле руками хевенитских ренегатов из бывшей госбезопасности.
Конец 1919 - начало 1920 гг. эры расселения (э. р.)
(4021 и 4022 гг. христианской эры)
За пределами протекторатов, начиная с расстояния около 210 световых лет от Солнца и простираясь на глубину от 40 до более 200 световых лет, находилась область, известная как Пограничье. Пограничье имело очень неправильную форму, целиком зависящую от того, где и как отправлялись колонизационные полеты, и включало множество независимых звездных систем. Многие из них изначально колонизировались людьми, пытающимися уйти от систем Окраин, которых можно было считать эквивалентом того, что называлось "странами третьего мира" во времена до расселения. По отдельности только некоторые из них имели население более одного или двух миллиардов человек (были исключения), их экономика была неразвитой, и они не обладали значительной военной мощью. У многих из них было все необходимое для отражения пиратских набегов, но ни у кого из них не было сил противостоять Управлению пограничной безопасности (УПБ) и жандармерии Лиги, когда для них наступало время перейти в статус протектората. От внутреннего края Пограничья к его внешнему краю шел постоянный поток, более остального подпитываемый желанием людей избежать ползучей экспансии протекторатов. Действительно, некоторые люди, живущие в Пограничье, были потомками предков, которые переселялись три, четыре или даже пять раз, пытаясь избежать принудительного включения в протектораты. Их ненависть к Управлению пограничной безопасности - и, как следствие, ко всей остальной Лиге - была одновременно ожесточенной и интенсивной.
- С возвращением!
Оравил Баррегос, губернатор Сектора Майя (теоретически) Управления пограничной безопасности, встал и с улыбкой протянул руку, когда Вегар Спанген сопроводил в его кабинет темноволосого, подтянутого мужчину в мундире контр-адмирала соларианского флота [пограничного соларианского флота, так как Сектор Майя является протекторатом и подчиняется УПБ].
- Я ждал тебя на прошлой неделе, - продолжал губернатор, все еще улыбаясь. - Стоит ли считать хорошей новостью то, что я вижу тебя сейчас, а не неделю назад?
- Думаю, можно спокойно это сделать, - согласился контр-адмирал Луис Розак, с улыбкой пожимая руку Баррегоса.
- Хорошо.
Баррегос бросил взгляд на Спангена. Вегар десятки лет был начальником его личной охраны, и губернатор безоговорочно доверял ему. В то же время и он, и Спанген оба понимали принцип "необходимого знания", и Вегар уловил смысл этого взгляда с высоты опыта всех этих десятилетий.
- Полагаю, вам с адмиралом нужно поговорить, сэр, - спокойно сказал высокий рыжеволосый телохранитель. - Если я вам понадоблюсь, я буду снаружи, раздражая Джулию. Позвоните, когда закончите. И я проверил, чтобы все записывающие устройства были отключены.
- Спасибо, Вегар, - улыбнулся Баррегас Спангену.
- Пожалуйста, сэр. - Спанген кивнул Розаку: - Адмирал, - сказал он и вышел в приемную, где Джулия Маджилен, личный секретарь Баррегоса, охраняла подходы, как обманчиво скромный дракон.
- Хороший человек, - тихо заметил Розак, когда дверь за Спангеном закрылась.
- Да, да, это так. И еще одна демонстрация того факта, что лучше иметь несколько хороших людей, чем орды не очень хороших.
Они вдвоем постояли мгновение, глядя друг на друга и думая о том, как долго они оба работали над подбором правильных "хороших мужчин" (и женщин). Затем губернатор слегка встряхнулся.
- Итак, - сказал он более оживленно, - ты что-то говорил о хороших новостях?
- На самом деле, - согласился Розак, - я думаю, что трагическая кончина Ингмара помогла распахнуть пару дверей несколько шире, чем они могли бы приоткрыться в ином случае.
- Из любого несчастья должно получиться что-то хорошее, - голос Баррегоса звучал почти благочестиво, но он снова улыбнулся, на этот раз более тонкой и холодной улыбкой, и Розак фыркнул. В этом звуке было что-то скептическое для искушенного уха губернатора, и он приподнял бровь: - Была ли какая-то проблема?
- Не совсем "проблема", - Розак покачал головой. - Просто я боюсь, что жестокое убийство Ингмара было не таким "темным", как я планировал.
- Что именно ты имеешь в виду, Луис? - темные глаза Баррегоса посуровели, и его обманчиво округлое и мягкое лицо внезапно показалось очень недобрым. Не то чтобы Розак был особенно удивлен его реакцией. На самом деле, он ожидал ее... что и было основной причиной того, что он ждал личной встречи, чтобы поделиться этой информацией.
