– Кажется, я как раз в этот момент вышиб мозги их укротителю, – хладнокровно пояснил Фред. Подняв пиратский бластер, он для пробы прицелился, выстрелил в темноту, и в глубине базы вспыхнул очередной костер. Метатель исправно слушался мысленных приказов. – Кошки и так нервничали без имперского сенситива, а тут вдруг еще и новая ментальная связь резко оборвалась. От всего этого вторая псевдопума слегка обалдела и решила покинуть поле боя вместо того, чтобы выполнять последний приказ укротителя. Перехватить контроль над ней уже было некому…
– Значит, я вам тоже должна одну жизнь, – деловито рассудила девушка, словно речь шла о том, кто в следующий раз платит в солдатском баре, и продолжила свой рассказ: – Началась суматоха со стрельбой, я сообразила, что вы увязли, и решила тогда пробиваться сама. Ведь кто-то из нас непременно должен уцелеть… Разрезала ограждение виброножом, добралась до челнока. Эта двуногая пушка учуяла меня и давай палить. Челнок сбила, сволочь… – Она покачала головой. – Что теперь делать, сэр? Нам ведь больше не на чем лететь. Даже птерофлаеров не осталось.
– Не на чем, – хмуро согласился Купер. – А если попытаемся уйти пешком, нас будут искать с боевыми морфами. Значит, нужно сделать так, чтобы морфы не сумели здесь высадиться. У нас тут неплохой запас зенитных ракет, так что если сумеем управиться с пусковыми установками, какое-то время сможем сбивать любых… – Он вдруг задумался и умолк.
– Что? – встревоженно спросила Лара.
– Поздравляю, рядовой Розен, мы круглые идиоты. – Купер ткнул пальцем в один из ангаров, до которого еще не добралось хищное пламя. – У нас же полно зенитных ракет!
Она с опаской посмотрела на звероангар.
– И что?
– Не понимаешь? – Фред хмыкнул. – У нас есть на чем лететь!
– На чем? – продолжала недоумевать Лара.
– Да зенитные ракеты же! – Теперь он указал на одну из мускульных пусковых установок в углу базы, из которой торчала верхушка готового к запуску эксплозоида. – Симбиотические ракеты класса «поверхность – орбита» с отделяющейся боеголовкой!
– Вы хорошо подумали? – осторожно поинтересовалась девушка. Ей явно хотелось спросить, в своем ли он уме, но она не стала так грубо нарушать субординацию. – Они же стартуют на нескольких десятках g. Нас ускорением в лепешку размажет!
– Но ведь отделяющиеся боеголовки не размазывает, хотя кожа у них слабая и скелет рудиментарный! Как ты думаешь, почему?
Розен задумалась.
– Антиперегрузочные коконы? – предположила она.
– Думаю, да. Только гораздо более мощные, чем в десантных капсулах. Смотреть надо. Если выгрузить из ракеты боеголовку и занять ее место…
Глаза Лары вспыхнули: кажется, до нее наконец дошло.
– А мы не собьем ракете баланс своим весом? – азартно спросила она.
– Боеголовка тяжелее, чем мы оба, вместе взятые, – ответил Фред. – И в любом случае для трехтонной ракеты наш дополнительный вес вообще ничего не значит. Долетим первым классом, с бесплатным шампанским и бассейном.
– Это если там кокон…
Мастер-сержант молча забрал у напарницы нож и двинулся к ближайшей заряженной пусковой установке возле посадочной площадки.
Мускульная пусковая установка представляла собой две огромные бесформенные груды коричневой плоти, туго перетянутые жгутами мышц толщиной с корабельные канаты и соединенные тонким педицелом нервных волокон. Отдаленно она напоминала уродливые песочные часы, уложенные набок. Только из одной половины этих часов торчала вверх ажурная костяная труба в два обхвата – направляющие для зенитной ракеты. Вторая половина биоморфа служила противовесом и амортизатором при запуске.
Вскарабкаться по вертикальным костяным фермам для подготовленного десантника не составляло особого труда. На древней ракете не обнаружилось ни каких-либо блокираторов, ни сюрпризов для диверсантов. Добравшись до вершины трубы, Фред прямо через обшивку подключился к ракетному нейропроцессору, но не получил никакого отклика. Он с сомнением постучал по псевдочешуе, торчащей из пусковой установки ракеты. Этот биоморф не был совершенно доисторическим, как арагонские бластеры или ходилка, и обязан был взаимодействовать с нейросистемой десантной биоброни. Купер включил тестовый режим, но перед глазами у него развернулся лишь подрагивающий черный квадрат. Похоже, проблема была не в ракете, а в его защитном морфе, который уже почти впал в кому.
Мастер-сержант хотел было крикнуть, чтобы Лара поднялась и помогла ему с программным обеспечением, когда его биоброня, собрав последние силы, все-таки запустила тест. Тщательно сверившись с возникшей перед глазами анатомической схемой, Купер разложил нож и надрезал верхушку ракеты, чтобы добраться до спящего в ее головной части эксплозоида.
