Следовало полагать, что руководитель операции зашел не случайно, а потому, что у Лары и Фреда в ушах находились коммуникаторы и он слышал их беседу с Сангадой от начала до конца. Он представился пилоту и назвал свой идентификационный код – другой, не тот, что был предназначен для Купера и Розен. Сангада ответила тем же.
– Это мой заместитель, – сказал полковник, указав на своего спутника. – Майор Реджеп Блэк.
– Я вижу, – с усмешкой кивнул Купер.
– Эй, белый! – возмутился негр. – У тебя что, какие-то проблемы?
– Да нет, никаких, – удивился Купер.
Он слышал краем уха, что на некоторых планетах с преимущественно черным населением существуют древние деструктивные культы, основанные на превосходстве этой расы. Якобы в незапамятные времена белые зачем-то целенаправленно уничтожали черных, и поэтому черные теперь имеют полное моральное право презирать белых и всячески унижать их. Кажется, эти культы назывались каким-то дурацким обобщающим словом – не то «вуду», не то «расизм». Что за бред! Это приблизительно как если бы брюнеты, руководствуясь некими несуществующими обидами, стали бить всех блондинов подряд. Как вообще люди могут ненавидеть друг друга по каким-то дурацким формальным признакам, когда у них есть серьезный общий враг – чудовищные мутанты Обитаемых Секторов, творения безумного Черного Доктора и безответственных сепаратистских лидеров, позволяющих вмешательство в священный человеческий геном?!
В Империи было довольно много подданных с черной кожей, и Купера просто позабавило совпадение фамилии негра с цветом его физиономии. При чем тут то, что он, Купер, – белый? Ну да, он белый, Блэк – черный, а капрал Лим был желтым, и все они по мере сил служили Империи и человечеству. Чего огрызаться-то?
Впрочем, Купер тут же сообразил, что возмущение негра может иметь другую причину. Наверняка мастер-сержант стал далеко не первым, кого позабавил каламбур с фамилией майора. Поэтому несчастному Блэку, видимо, уже не один десяток раз довелось выслушать эту навязшую в зубах шутку. Тут любой взвоет, даже подготовленный агент имперской разведки.
Полковник Понтекорво между тем потребовал у первого пилота Сангады доложить обстановку.
– Погоня началась около двадцати минут назад, – сообщила Нина. – Рейдер выскочил из пылевого облака и пытается выйти в атаку на встречных курсах. Впереди нас плотное поле астероидов, сильно ограничивающее яхту в скорости. Рейдер описал дугу и движется параллельно астероидам, так что ему в наборе скорости ничего не мешает. С учетом того, что яхта тяжело перенесла падение в «кротовую нору», прыгнем мы не скоро. А долго тягаться с рейдером вряд ли получится.
– Это вполне вписывается в план операции, – проговорил Мигель Понтекорво, не отводя от пилота подозрительного взгляда. – Все-таки почему вы здесь, а не в рубке?
Насколько помнил Купер, в их задачу входила добровольная сдача в плен к пиратам с целью проникновения на Арагону, поскольку любые другие пути нелегально высадиться на поверхность планеты были надежно перекрыты загадочным псионическим оружием, перехватывающим контроль над биоморфами, а легальных просто не существовало, поскольку в крошечной республике все пираты и торговцы, покидающие планету и возвращающиеся на нее, были наперечет. Так как никто в Империи до сих пор не понимал, что это может быть за оружие и как оно работает, в аналитических материалах Управления Безопасности эта штуковина проходила под нейтральным кодовым названием Фактор. Именно поиском ее образца или источника и полагалось заняться группе полковника Понтекорво после высадки на Арагоне и побега из-под охраны.
– Не вписывается другое, – сказала Сангада. – Капитан Громов принял решение не играть по правилам пиратов, а взять курс на пылевое облако, чтобы оставить рейдер за кормой и вынудить его к развороту. Логика понятна – это даст яхте хорошую фору. Однако на полном ходу врываться в облако почти так же опасно, как и в астероидное поле. Даже опаснее, поскольку плотная пыль создает помехи для радара и обнаружить скрывающиеся внутри крупные объекты чрезвычайно сложно. Кроме того, пират с большой долей вероятности может отказаться преследовать яхту в таких опасных условиях, а это противоречит полученному мной приказу всячески способствовать захвату корабля арагонцами…
Купер заметил, что их шеф на мгновение растерялся. Такой героизм со стороны капитана явно не предполагался первоначальным планом.
– Плохо во всех отношениях… – проговорил полковник, потирая подбородок.
– Я же говорила, рисковые парни в разведке, – произнесла Розен. – Не проинформировать капитана…
– Я отказалась выполнить маневр, – продолжила первый пилот, не обращая на нее внимания. – Меня отстранили от управления кораблем. Чтобы известить вас о случившемся, пришлось пойти на побег и напасть на первого помощника капитана…
– И вы явились прямо сюда, идиотка! – рявкнул Понтекорво.
– Я пробралась через вентиляционную систему. Уверена, что никто не знает, где я. На этой яхте можно слона спрятать в случае необходимости.
