Мы немного опоздали, но Барт встретил нас очень радушно. Трейлер со съемочной аппаратурой был припаркован возле старой газовой станции, выглядевшей так, словно она перенесла землетрясение.
– Чарлз! – воскликнул Барт. – Моника!
Он вел себя как жизнерадостный коммерсант, норовивший предложить внезапно нагрянувшим покупателям товар по заниженным ценам. Но на самом деле ценил он себя и свою работу очень высоко. Одет он был в пиджак цвета хаки, такого же покроя, как тот, что носил Неру.
– Добро пожаловать в Эверглейдз[38]!
Барт чмокнул Монику в щечку.
– Я всегда забываю, насколько ты красива, – слукавил он, – ты просто восхитительна. Воистину восхитительна! Чарли, можешь поверить, что такая красотка согласилась сниматься у меня?
Моника действительно заслуживала эти комплименты. Любимый парикмахер Моники, мускулистый Дэмиэн с волосами, собранными в конский хвост, обнял ее как сестру, с которой долго не виделся, и повел в трейлер.
– Подожди немного, и ты увидишь все гардении, которые я привез для тебя, – сообщил он, – все ради тебя.
Моника помахала мне рукой, прежде чем исчезнуть за дверью.
Тогда Барт взял меня под руку и повел в свой трейлер.
– Господи, я так рад твоему приезду! – бормотал он. – Какая отличная идея – навестить меня в этом захолустье! Чертовы зануды!
– Кто?
– Все! Модели… Я думаю, этот парень, Джесс, немного сумасшедший. Ты с ним знаком? Дьявол! Лила, этот общипанный куренок, разговаривает сама с собой под деревом. У нее тоже с головой не в порядке. Ей нужен торазин, а парикмахеру – стероиды. Так что сам понимаешь, вы с Моникой тут очень кстати… Хочешь эспрессо? – Он не стал дожидаться ответа. – Келли, приготовь моему другу эспрессо. Посмотри на мою машину. Мне доставили ее из Нью-Йорка. Точно такая, как в «Римском кафе».
Забавного вида машина для приготовления эспрессо напоминала автоматы викторианской эпохи, разрисованные ангелами и кельтскими узорами.
– Во… видел это?
Он сунул мне под нос газету. На первой странице красовалась фотка Данте Казановы на больничной каталке.
Я прочел заголовок, напечатанный чуть меньшим размером шрифта, чем основная новость дня о трех тысячах погибших в результате землетрясения в Пакистане.
Известный дизайнер подвергся нападению…
Информации было немного. Казанова ушел с вечеринки совершенно один, и на него набросились неизвестные, когда он садился в автомобиль. Его госпитализировали с травмой черепа. У полиции пока не было версий о причинах случившегося.
– Такое бывает и с людьми менее скандальными… – заметил Барт.
– Все равно странно, – возразил я, – я там был вчера.
– Да? И он был в порядке? Если это что-то секретное, можешь не сомневаться, я никому не скажу. – Он подмигнул.
– Я ничего не знаю. Все это случилось сразу после вечеринки, на которой мы оба присутствовали. У него что-то было с Мелани Мартин. Они почти лежали друг на друге… когда я собирался уходить…
– Да, ну так у тебя был мотив.
– Какой мотив у меня мог быть? Я едва знаю Казанову… имею в виду, я встречался с ним иногда. Довольно скользкий тип…
– В нашем бизнесе все скользкие, – отозвался Барт, постукивая пальцами по пачке «Кэмел». – Ты не должен удивляться! Я даже про себя могу сказать, что сам бываю не слишком прямолинеен… иногда. Это моя работа. А у тебя работа попроще, ты можешь себе позволить не юлить… Ты ведь горилла Хелен…
– Не хочу разочаровывать тебя, Барт…
– Ты меня никогда не разочаруешь. Я знаю, что на тебя можно положиться…
– Я этого не делал, поверь мне. Я не нападал на него.
Он помешал кофе пластиковой ложкой.
– Я видел заголовок о том, что головорез семи футов роста избил растлителя малолетних… Я же знаю, ты защищаешь интересы Ротти. Все в порядке. Я бы поступал так же. Ты должен помнить, у этого придурка мозг размером с горошину, и любой крепкий удар может его вышибить окончательно.
– Барт… на вечеринке было несколько парней из баскетбольной команды, они все были без ума от Мелани Мартин. Он спит с ней… я не утверждаю, но наверняка это так… ее муж вполне мог нанять кого-нибудь, чтобы ему двинули…
– Ее муж?
– Эдди Веном. Он же маньяк. Он уже однажды избил Северина.
– Чарли! Чарли! Ты так наивен… По-моему, Мелани Мартин перетрахалась уже со всем миром. Даже мой ассистент Рой спал с ней. Она прислала ему букет цветов в благодарность за удовольствие. И я с ней спал, но ничего не помню. Она была омерзительна, и я вышвырнул ее из постели. Я даже поменял номер телефона, чтобы она мне не звонила. Если этот несчастный рок-н-ролльный идиот будет избивать каждого ее бойфренда, то скоро окажется в Алькатрасе.
– Алькатрас закрыт, Барт.
– Ну, так какая там есть еще тюрьма?
Барт открыл сейф и вытащил оттуда записную книжку с истрепанными загнутыми страницами. Перелистав, ткнул пальцем куда-то и положил ее передо мной.
Там была фотография Мелани, совершенно голой, за руки и за ноги привязанной к кровати. Вокруг ее ног обвивалась змея, устроившись головой на ее промежности.
– Это миссис Веном! Знаешь, откуда это? Из фотосессии «Аллюра». Так что басни про ее стыдливость в бикини полный бред.
– Но здесь никакого бикини.
