– Ты это о чем? – Дрожащей рукой Доуб откинул со лба густую каштановую челку. – Ты что, думаешь, нам дадут доехать на этом траке прямиком до самой верхотуры? Как же! Уже на полдороге нас схватят за задницы.
– Вот поэтому ты будешь добираться туда иначе, – спокойно ответил Грэй. – У меня есть карта, и я составил для тебя план. Ты же не против самой идеи, а? А я сумею доставить вас со Стеллой к моим друзьям заваатанам. Ну, согласен?
Доуб поднял голову и вдруг заметил поднимающийся по дороге к ним навстречу отряд секьюрити. Вид у солдат был довольно зловещий.
– Вот дерьмо! – пробормотал Доуб.
Он опустил крышку панели, завел мотор и стал разворачивать машину в сторону дома.
– Нет! – крикнул Грэй. – Мы едем в город, чтобы установить стартер на «Кашет». Только за этим и едем! Ну-ка, помаши им по-приятельски!
И охранник первым приветственно помахал солдатом. Доуб с мрачным видом сделал то же самое. Командир отряда помахал в ответ, и секьюрити зашагали дальше по своим делам.
– Видел? – обрадовался Грэй. – И вот так везде. Главное – знать, что именно им нужно, что для них проще, и ты выпутаешься из любой ситуации. Ладно, о переезде наверх поговорим на обратной дороге. Да не волнуйся ты так, все продумано до мелочей.
И впервые за весь разговор Грэй широко улыбнулся.
«Сады… – Доуб поймал себя на том, что тоже улыбается. – Стелле там точно понравится».
Воздержание от действия не дает свободы от него. Равно как одним самоотречением внутренней свободы не завоюешь.
Твисп всегда считал, что «палаты» – отличное название для их подземного дома, где каждый член совета имел отдельный кабинет, несколько офисных помещений, а кроме того, персональную спальню. Общими были лишь залы для совещаний, но и их было несколько. Конечно, на взгляд морян, все это было сооружено топорно и впопыхах, а Флэттери вообще назвал бы город примитивным. Но строители сейчас были заняты в первую очередь разгребанием завалов, образовавшихся во время прошлогоднего землетрясения, названного в народе Великим разломом 82 года.
Комнаты Твиспа находились рядом с эскалатором. Он распахнул люк и жестом пригласил Моуза войти.
– А теперь посиди здесь. – Старик указал на низкий диван, сделанный из органики, как креслопес.
Моуз огляделся: если не считать черных блестящих стен из оплавленной до стекловидного состояния горной породы, в остальном это было типичное жилище островитянина. Вся комнатка – не больше четырех шагов в длину. Стены увешаны полками с сотнями рукописных книг. Текст был написан, точнее, выцарапан, на подобии бумаги, сделанном из слоевищ келпа. Твисп начал собирать свою библиотеку, еще когда был рыбаком и работать с видео – и голоаппаратурой попросту не имел возможности. На каждом острове была своя крошечная типография с ручным прессом, где записывали хронику и делали оттиски художественных произведений, которые хотелось оставить потомкам.
Твисп задраил люк и с улыбкой обернулся к своему ученику:
– Бери любые книги, что понравятся. Что в них проку, когда они просто стоят на полке.
Моуз опустил голову.
– Я… я никогда вам не говорил… – промямлил он. Грязные поломанные ногти впились в ладони. – Я не умею читать.
– Знаю, – кивнул Твисп. – Ты так хорошо научился скрывать это, что даже я не сразу все понял.
– И вы мне ничего не сказали?
– Я ждал, когда ты сам об этом заговоришь. Желающие поучить всегда найдутся. Вот только если человек сам не захочет учиться, толку от таких уроков не будет. Научиться читать очень легко. Вот писать – это уже посложнее.
– Учение никогда не давалось мне легко.
– Ничего. – Твисп ободряюще похлопал юношу по плечу. – Говорить же ты научился. Научиться читать не труднее. Мы с тобой ежедневно будем заниматься за кофе, и сам увидишь, что еще до конца месяца станешь читать. Но предлагаю начать с кофе. Его попьем прямо сейчас, а к занятиям приступим завтра. Не возражаешь?
Моуз просиял и с готовностью кивнул. Наверху, в монастыре, с тех пор как директор стал распоряжаться продовольствием, ему нечасто приходилось пить кофе. Но молодой монах не роптал, так как добровольно принял обет бедности – привыкать не приходилось, ведь он вырос в нищете. Здесь, у заваатан, нищета не была угрюмой и безрадостной – наоборот, ему очень нравилось в монастыре. Твисп занялся приготовлением кофе, не вставая из-за стола, – его длинные руки доставали до любой полки шкафчика с продуктами.
Кроме полок с книгами, дивана, столика и буфета в комнате еще как-то поместилась каменная ванна с нагревательным баком. Моуз откинулся на спинку старинного дивана, и тот сам принял наиболее удобное для сидящего положение. Да, с его матрасом в каменной нише просто не сравнить! На одной из полок стояло несколько голокубиков. Большинство из них хранило голографическое изображение рыжеволосого парня, стоящего в обнимку со смуглой хрупкой девушкой.
