Устный комментарий: «Миссис Гратцер и ее соседка готовы под присягой подтвердить, что по меньшей мере два дирижаблика четвертого класса, привлеченные кострами лагеря перселенцев, взорвались и уничтожили несколько квадратных миль восточной части Калалоча. При этом были сожжены три морозильника с запасом рыбы на год».
Женщина: «Все, что мы зарабатывали годами, взлетело на воздух. А карточки, эти бумажки, остались!»
Устный комментарий: «Их можно будет использовать как облигации внутреннего займа в „Мерман Меркантил“.
Женщина: «Если идет речь о займе, то нам нужны гарантии».
Монитор N 6: Человеческие трупы на пирсе Калалоча.
Устный комментарий: «Для этих людей уже настал Судный день. Но для десятков тысяч голодающих и бездомных Калалоча испытания только начались».
Все мониторы одновременно потемнели, и на консоли Беатрис высветилась надпись: «Принято для эфира. В сокращенном варианте».
«Выходит, Бруд был прав. Они хотят извратить события».
Теперь Беатрис уже ничего не боялась. Она измучилась вконец, и ей было очень плохо.
– Мне необходимо встретиться с доктором Макинтошем, – пробормотала она. – Меня пригласили, чтобы освещать инсталляцию ОМП. И я намерена это сделать.
– Доктор Макинтош в данный момент очень занят, – ответил Бруд. – У Контроля над течениями большие проблемы. Он знает, что вы здесь.
– Тогда позвольте мне спуститься в его офис.
– Нет! – капитан расхохотался. – Не думаю, что позволю вам это сделать. Он сам придет сюда, когда настанет время.
– А как же все те, кто с ним работает?
– Они ничего не заметили и потому ничего не подозревают. Мы вели себя очень тихо и действовали избирательно. Когда меняют поршни, шестеренки оставляют. А с ними можно договориться. Мы же, таким образом, можем выиграть время и сделать все, что собирались.
– И что тогда?
В ответ Бруд опять расплылся в улыбке. Только вот чести не отдал.
– Я вернусь, чтобы проверить, как вы тут без меня. Валяйте и дальше эту бодягу с ОМП. Отличная работа, Леон. Ты, впрочем, и сам знаешь, что делать.
И капитан исчез также быстро, как появился.
– И что он имел в виду, Леон? – спросила Беатрис.
Парень не ответил. Он был таким же высоким и смуглым, как Бруд. И вдруг Беатрис осенило: а что, если они родственники?
Леон отошел к консоли редактора и уселся спиной к Беатрис. А затем, не оборачиваясь, сказал:
– Мы работали сюжет о Кристе Гэлли. И о Бене Озетте.
Беатрис стало холодно. Слова застряли в горле, и она одними губами прошептала:
– А… а тема сюжета?
– Криста Гэлли спасена солдатами службы охраны Вашона.
– А Бен… Что с ним?
Леон надолго замолчал. То, что он напечатал на своем мониторе, потрясло Беатрис: «Репортер головидения погиб при взрыве дирижабликов».
Тщетно она пыталась сдержать дрожь в руках и губах. Тщетно.
– Это ложь, – пролепетала она. – Как и все остальное. Все это ложь. Ведь правда? Правда ведь?..
Не оборачиваясь, Леон еле слышно прошептал:
– Не знаю.
Не боги ограничивают людей. Сами люди ограничивают себя и других.
– Доктор Дварф, – прошептал Спад, – вы были правы. В этом секторе возмущение коснулось не только одного келпа. Сами посмотрите.
Дварф Макинтош обернулся к монитору, который обеспечивал работу «сеткомастера». Несмотря на внушительные размеры, Макинтош был крупным специалистом по мелочам. Он предпочитал возню с кабелями и чипами так называемому «культурному отдыху» работников орбиты.
Он с трудом протиснулся между консолями и датчиками, и склонившись над плечом Спада, заглянул в его монитор.
– Сигнал пришел уже тогда, когда мы поняли, что келп из сектора восемь проснулся. Мне пришлось попотеть, пока я вычислил его частоту.
– Но остальные келпы, по-моему, ведут себя спокойно, – заметил Макинтош, читая диаграмму на мониторе. – И этот к тому же добровольно освободил около двадцати наших грузовиков. Если наши данные не врут.
Спад кивнул:
– Было дело. Но этот келп до сих пор и сам свободен. Большинство судов уже на поверхности. И вот-вот там появится команда карателей. Но им сложно добираться без келпопроводов. Впрочем, мы в ближайшее время отладим сетку, и они уж разберутся с этим бредом.
– Слишком узкий фокус, – пробормотал себе под нос Макинтош.
Он настолько погрузился в созерцание келпа, что почти ощущал себя физически внутри водоросли. Чтобы избавиться от наваждения, он как следует потянулся и пошлепал пальцем по нижней губе.
– Но, не разобравшись с тем, вторым сигналом, мы не можем силой изменить навигационную сетку. Я в этом полностью уверен. Что ты можешь сказать о том, втором?
Вместо ответа Спад вывел на монитор Макинтоша диаграмму.
– Он передвигается.
– Ну да, – кивнул Макинтош, – Все келпы со временем разрастаются. И терпеть не могут келпопроводов. Об этом всегда нужно помнить.
– А как вы сами считаете? Ведь те келпы, которые посадили когда-то моряне, имели корни – разве нет?
