На зеленой доске белым мелом было написано каллиграфическим почерком «Марьяна, поговори со мной, пожалуйста! Сегодня в 15:00 жду тебя здесь.»
Я рассматривала фотографию со смешанными чувствами. Сердце затарабанило от волнения. Не представляю, что было бы со мной, если бы я присутствовала на этой лекции. Фотография всколыхнула внутри меня что-то теплое. Я злилась на Никиту: за то, как он поступил со мной, и за то, что пропал на целую неделю. Но это его послание… оно милое. И смелое. Для Никиты.
Светка: От кого это? Ты придешь?
Я: Это от моего репетитора, и это 100 % не то, о чем вы все подумали.
Технически, я ведь не соврала. Подумав немного, я дописала:
Я: Приду, конечно. Кто мои оценки будет исправлять, если не я? Скоро тест!
Светка: Капец, ты скучная!
Подписываюсь под каждым ее словом.
Я едва дождалась окончания пар, побежала в «Бон-Бон» перекусить, выпить сладкий кофе. Жаль, бариста был не мой любимчик, но мне в этот момент было как-то и не до Власова. Я думала только о разговоре с Ником. Даже слегка порепетировала гневную тираду, чтобы он прочувствовал всю силу моей обиды. Я, блин, разделась перед ним до нижнего белья! Но если уж быть честной, я сделала это, потому что чувствовала себя комфортно в его присутствии. Это перед Власовым я не могу и двух слов связать и веду себя как идиотка. А Никита влияет на меня совершенно по-другому, с ним мне легко, я могу быть самой собой.
В три часа у аудитории собрались какие-то придурошные хипстеры. Сняли меня на видео и фото, типа, чтобы запостить продолжение к посланию на доске и состряпать из этого историю студенческой любви… Придурки!
Я зашла ровно в три. Закрыла за собой дверь на замок и обернулась.
Никита ждал меня у доски, на которой все еще было написано его послание, засунув руки в карманы брюк.
***
— П-привет, — интересно, он только в моем присутствии заикается или вообще со всеми девушками?
Я встала у двери и скрестила руки на груди. Не сделаю ни шага, если он все не объяснит.
— Спасибо, что п-пришла.
Так, Василевская, не дергайся. Жди.
— Я бы хотел… Я бы х-хотел… — он запнулся, сел на преподавательское кресло и, закрыв лицо руками, тихо проговорил: — … видимо, словарный запас побогаче!
Я прикусила губу.
«Нельзя, Василевская! — твердила я самой себе. — Любой твой комментарий закопает его еще больше!»
Сжалившись, я красивой походкой прошла мимо него на место в первом ряду и села. Никита наблюдал за мной с потерянным выражением лица и явно никак не мог собраться.
— Ну? — я поставила локоть на стол и подперла подбородок кулаком. — Я долго буду ждать?
— Чего? — он растерянно посмотрел на меня.
— Стриптиза.
— М-моего?
— Ну уж точно не твоего дедушки!
Его кадык дернулся, когда он с шумом сглотнул. Я почему-то уставилась на его шею и не могла оторвать глаз. Меня одолевало не желание мести. На самом деле я хотела посмотреть, что скрывается под его темно-серым пиджаком и рубашкой.
— Ты заставил меня танцевать для тебя стриптиз. Теперь твоя очередь.
— Сп-праведливо, но…
— Сначала танец, потом разговоры, — предупредила я все его попытки отвертеться.
— Что… П-прямо здесь?
— Ты хочешь пойти для этого в «Бон-Бон»?
Никита внутренне боролся с собой, но сдался под моим далеко не снисходительным взглядом. Он взял со стола телефон, что-то в нем пролистал и включил трек. Мне понравился его выбор.
Должна признаться, я не ждала какого-то горячего танца или профессионального стриптиза, но этот парень меня удивил. Хотя он не танцевал даже, а просто стоял и смотрел на меня в упор убийственно спокойным взглядом. Никита медленно снял с себя пиджак. Я предполагала, что он педантично сложит его, стряхивая пылинки, а он взял и отшвырнул его в сторону, как ненужную вещь. Препятствие, мешающее добраться до меня и наказать за то, что вынудила его пойти по тропе унижения и позора.
— Где танец, не пойму? — возмутилась я, скрывая свою истинную реакцию на его волшебное перевоплощение.
Медленной львиной походкой неузнаваемый Никита Иванов шел ко мне, по пути расстегивая рубашку. Пуговица за пуговицей, не спеша, но с уверенностью и харизмой, которую я никак не ожидала увидеть от дружелюбного соседа-скромняги.
Остановившись возле меня с рубашкой нараспашку, он наклонился, оперся обеими руками на стол и спросил низким голосом:
— Мне продолжать?
Ух…
Я кивнула, скользя плотоядным взглядом по его прессу вверх по груди, шее, и остановилась на лице. Блин, а он не просто симпатичный, он красивый, шикарно сложенный, подтянутый. У него безупречное тело. Такое, как я люблю.
Никита поднял бровь, будто спрашивая: «тебе мало?» и расстегнул ремень на брюках, собираясь снять их. Для своей же безопасности я остановила его:
— Окей, хватит, стоп! — я потянулась, чтобы удержать его руки, но он двинулся вперед, и я нечаянно коснулась его живота.
Мой бедный стриптизер зашипел, словно обжегся, и перехватил мою руку. Я вылупилась на него, испугавшись своей и его реакции.
