— Яга, у нас тут проблема, шпионы смотались с чертежами, догнать надо, — пояснил проводник.
— А я вам что, Шумахер?
— Нет. Ты лучше.
— Ладно, заходите.
В тишине компания двинулась к избе. Небольшая лестница сделанная из нержавейки явно не вписывалась в антураж древнерусской избы. Внутри же, помещение оказалось достаточно светлым, хоть и тесным. Стол был прикручен к полу, а посуда, как быстро заметил Толя, имела магнитики, которыми цеплялась за поверхность стола и полок. Около окна, расположенного напротив двери рысполагался небольшой столик, который при ближайшем рассмотрении оказался пультом управления. Именно к нему и направилась Яга, привычно щелкнув парой переключателей.
— А на чем оно бегает? — поинтересовался Артем.
— Дизелек, — молвила Яга. — Когда–то было выгодно, а теперь как взвинтили цены стало накладно. Уже не так часто бегаю, как раньше. Надо будет на заправку забежать…
— А не уныло жить одной в лесу? — осведомился Артем, а потом спохватился. — Не сочтите за приставание.
Яга смягчилась.
— Нет. Мне так лучше, поверьте, — а потом повернулась к. — Колян, они что ли про меня не знают?
— Нет еще, — вздохнул Арматурин.
— Зеленые видимо… Меня в той прошлой жизни Васей звали.
— Сексист был тот еще, — шепотом пояснил Толе Арматурин. — Чего думаете так убивается?
— Меня при Союзе расстрелять хотели. За анекдот про партию. Но мой научный руководитель спас. Отправил биологам на опыты, а те как раз тестировали какую–то гормональную бурду. Вкалываешь и полная смена пола на некоторое время, пока организм не поймет, что его надули и гормоны–то не настоящие.
— А когда поймет?
— Мой до сих пор не сообразил, — Яга вздохнула. — А должен был через год. Концентрация какой–то там химии у меня зашкаливает, так что вокруг меня мужики просто косяками вертелись…
— Обычно такому вниманию рады, — заметил Артем.
— Ну да, будешь тут рад, когда мозги у тебя мужские, логика тоже, а внешне ты… — у Васи — Яги кончились слова, и она всхлипнула. На глазах появились скупые, и, что характерно, мужские слезы.
Тем временем на табло загорелась лампочка.
— Все. Двигатель прогрелся, можно двигаться.
«И вновь продолжается бой, и сердцу тревожно в груди, И Ленин…» — затрезвонил мобильный телефон Толи.
— Слушаю. Да, секунду.
Толя включил громкую связь и все услышали голос Мосфетова.
— Повезло, спутник над нами, машин немного, погода ясная. Двигаются по взашейному шоссе из города, не сворачивая. Коли изменят маршрут, перезвоню.
Яга щелкнула костяшками пальцев, и села за пульт к окну. Первым делом, она вставила в прорезь магнитофона кассету, и избу оглушили звуки, в которых Толя легко узнал танцевальную музыку восьмидесятых.
— А может лучше Боба Марли? — спросил Артем.
— Водитель ставит музыку, а пассажир помалкивает. Попробуй мне еще скажи, что кассеты устарели!
— Да нет, я просто предпочитаю винил…
— Археолог, тоже мне…
Изба зашаталась и сделала первый шаг, потом второй, третий и постепенно начала разгоняться.
Дизельная избушка на механических ножках резко свернула в сторону заправки, а Вася — Яга выключила музыку, заглушила двигатель, быстренько посмотрела на себя в зеркало, поправив прическу и взяв кошелек, она вышла из дому.
Внутри повисла нездоровая тишина.
— Вот это Бубушка — Ягушка, — через пару минут произнес Артем и извлек из недр своего сундука с курительным косяк с кривой надписью «сердечный клей».
— Ты вообще понимаешь, что это, вообще–то говоря… — Толя задумался, подбирая слова. — Пожилой инженер Вася, сменивший пол.
— Мозг понимает. А остальное — нет, — произнес Артем. — Потому и думается мне, что иногда мозги лучше отключить.
И в подтверждение опять затянулся.
Вернулась Яга минут через десять. Именно столько потребовалось времени, чтобы заполнить полностью бак. Судя по многочисленным вспышкам фотоаппаратов и щелчкам камер мобильных телефонов, дизельная изба грозила занять первую полосу газеты «Южалтаун Тудей».
— Ну что, погнали? — улыбнулась Яга, и сев за пульт, начала выруливать на дорогу.
Ганс любил быстрые машины. А еще он любил, когда в них сочетаются строгий, элегантный дизайн и современные технологии. Посему, за рулем своего очередного авто, напичканного самыми разными устройствами, агент чувствовал благоговейную дрожь. Ему было жалко бросать технику, когда они доберутся до вертолета.
Спидометр показывал всего пятьдесят. С феноменальным чутьем сотрудников милиции Ганс уже был знаком и продолжать знакомство был не намерен.
Внезапно сбоку послышались тяжелые удары и на дорогу, что характерно, помигав поворотником, вырулила… изба. Две массивные конечности легко несли это чудо русского народного зодчества по шоссе, а в окне угадывались до боли знакомые силуэты. Погоня!
— Jack! I need turbos! Now! — отрывисто бросил другу Ганс, и тот, следуя указанию, нажал на одну из кнопок приборной панели. Двигатель взревел, получив дозу закиси азота, и стрелка спидометра резко перевалила за сотню.
