Дверь негромко закрыли, а магичка замерла, высчитывая минуты. Зашедшая к ней к концу отсчёта Белка застала приятельницу медленно втягивающей воздух через сжатые зубы, со стороны походило на попытку дышать на счёт, только не слишком удачную. Вянка стискивала обеими руками подушку, пока кот суетился вокруг, то и дело тыча хозяйку влажным носом. Рыжая не стала лезть с распросами с порога, только присела на переживший бурю стул, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. От висящего вокруг Ярычевской облака магии трещал воздух, Белка даже заподозрила, что накопитель вышел из строя и теперь изливает силу наружу, потому что у самой обладательницы интересного камушка такого резерва не было, по крайней мере на прошлых замерах. С другой стороны, год был весьма насыщенный, кто знает, как все эти события могли сказаться, иногда от стресса магическая проводимость увеличивается. Хотя и обратный процесс бывает, но это явно не тот случай. То, что висело над Вянкой, напоминало смерч, медленно закручивающуюся вокруг неё воронку. Не над головой, как это бывает с проклятием, а именно вокруг тела, как бывает на предметах-носителях проклятья.
– Вянка…
– Да?
– Ты сейчас кого-нибудь проклянёшь. Или сработают следилки и здесь будет собрание из преподавателей.
– Я абсолютно спокойна, – она всё-таки делает несколько глубоких вдохов и выдохов, плечи расслабленно опускаются, а концентрация магии в воздухе снижается. – Видишь?
– Что они ляпнули хоть?
– Попытались устроить разборки. Как себя на выходе вели? – Вянка погладила улёгшегося на её ноги Дара, расслабленно улыбаясь, хотя улыбка была скорее попыткой убедить саму себя, что все в порядке.
– Сопели, пыхтели, но ушли молча. Ну, попытались возмутиться, правда, пришлось кинуть в Шеда ложкой.
– Поймал?
– Поймал. Я думаю сходить к Станиславу Викторовичу, пусть проведёт им успокоительные мероприятия. Иначе я кого-нибудь из них за месяц без тебя прибью.
– В очередь, Белка, в очередь. Они мне пока нужны живыми.
Узнавший о возвращении товарища Артур пошёл на поправку ударными темпами, поражая скоростью восстановления всех вокруг. Старший Тана, глядя на брата, только качал головой: он прекрасно понимал причину, по которой младшенький так рвался вперёд. По этой же причине и всё отставание по учёбе было закрыто быстрее, чем это сделал Шед. Оставаться на второй год Артур явно не планировал. Усердие можно было бы назвать похвальным, если бы не риск последствий для здоровья.
– Ты чего такая злая-то? Не поверю, что из-за этих двоих.
– Не знаю, – Ярычевская улеглась на спину, устраивая кота на груди и принимаясь наглаживать ещё усерднее, словно это могло успокоить. – Я всё ещё пытаюсь придумать вариант, который устроит всех.
– И как? – хмыкнула магичка, уже заранее зная ответ.
– Да никак. Тут такого варианта быть не может. Мне просто нужно понять, как сделать обиду минимальной. И для кого.
– Сходи к третьему курсу прогностики. Они тебе рассчитают всё что угодно, и совместимость, и перспективы, и план действий по звёздам распишут.
Вянка только фыркнула, едва не спугнув Дара. Она ещё не настолько отчаялась, чтобы лезть в это пропахшее благовониями гнездо – действительно гнездо, прогностики жили в угловой части общежития, чем-то напоминающей небольшую башню, и занимали верхние её этажи. Лезть к этим оторванным от мира созданиям не рисковали даже самые отбитые чернушники, никому не хотелось услышать что-нибудь о собственной скорой смерти от рук однокурсников. Хотя такое уже случалось, потому и перестали. Спрашивать о чём-то своём рисковали самые отчаянные, а Ярычевская пока была не готова к такому опыту, да и надеялась решить проблему самостоятельно.
Только вот Белке сказала другое. Хотя… может быть, то же самое, только другими словами:
– Предпочитаю свою судьбу создавать сама, а не полагаться на самоисполнение пророчеств. Мне проще, когда в моих проблемах виновата я, а не сложившиеся звёзды и «согласно пророчеству этого было не избежать».
– Ну, может оно и правильно. Декан так точно оценила бы такой подход.
Вянка кивнула: Мараева в её голове действительно неплохо сочеталась с подобным взглядом на мир. Даже объяснения и оправдания, которые не начинались с «потому что я» она рассматривала как не слишком убедительные в большинстве случаев. Магичка рассматривала сонно жмурящегося кота, но в голове было пусто. Шед с Артуром были достаточно тихими в последний месяц, до этого момента, но висящее в воздухе напряжение, помноженное на подготовку к экзаменам и возобновившиеся дополнительные занятия… всё это высасывало силы до последней капли. Не столько физические, сколько моральные, конечно. Ещё и внезапно очень даже живой отец…
Она покривит душой, если скажет, что никогда не хотела познакомиться с ним. В детстве и вовсе могла бы на шею бросится, но детство закончилось. Нужно ли её было теперь это знакомство? Ярычевская затруднялась ответить. Но честно могла признать, что свойственная магам тяга к уединению и жгучее желание спрятаться ото всех в тёмный угол уже начали догонять и её.
