– Это что такое, – тут же завопила Мила. – Не смей позорить нашего профессора!
Меня быстро взяли в оборот, отконвоировали в комнату и упаковали в платье, так и оставшееся лежать на кровати. В четыре пары рук меня накрасили и сделали прическу, шикая при малейшей попытке сбежать. Победа оказалась на стороне большинства: мне ничего не оставалось сделать, как капитулировать, и доверить себя в руки подруг.
Результат превзошел все даже самые смелые ожидания: я с трудом узнала себя в той девушке, которая смотрела на меня из зеркала.
– Так мне нравится определенно больше, – довольно кивнула Мила, закрепляя последнюю шпильку в волосах. – А то ходишь вечно со своей рыжей гривой…
– Я не рыжая, – только и успела пискнуть я, когда девочки спохватились, что пора бы уже спускаться в зал.
Я чувствовала себя куклой, которой вертели, как вздумается хозяйкам. Но вот мы вступили в зал, полный разряженных студентов, как я осталась в гордом одиночестве: моих девочек быстро расхватали их кавалеры и тут же закружили в танце.
Я огляделась, в поисках Данта, но его нигде не было видно.
Так, стоп, без паники, доверять. Нужно только чуть-чуть доверять, и все будет хорошо.
Не успела я даже на один раз повторить про себя эту мантру, как кто-то подошел сзади, а на мою талию опустились руки.
Сердце дрогнуло, а уж о том, чтобы сдержать счастливую улыбку, не было и речи. Я развернулась лицом к своему демону и…
– Здравствуй, моя пташка, – мрачно усмехаясь, поприветствовал меня Рейш Суоронс.
Я инстинктивно дернулась, но Суоронс вцепился в меня, как моя химера в халат, когда я утром отправлялась в ванну.
– Куда же ты? – с издевкой пропел бывший декан. – Неужели не подаришь мне один танец? Кажется, ты мне много чего задолжала.
По моей спине пробежал неприятный холодок. Именно с этим человеком я бы меньше всего на свете хотела контактировать, и уж тем более дарить ему танец было несколько в разрез с моими взглядами на жизнь.
Где же Дант?
Я попыталась осмотреться, но повсюду видела незнакомые лица смеющихся студентов, которые не обращали внимания на нас.
Суоронс же, сжав мой локоть до боли, потащил меня в сторону танцующих пар.
Сама не знаю, что помешало мне заорать: это же было так просто – привлечь к себе внимание. Рейш бы быстро отцепился. Но мне было не по себе от создавшейся ситуации. Стать снова объектом обсуждений и пересудов мне не хотелось: прошлые раны, как выяснилось, еще затянулись не до конца.
– Один танец, и вы проваливаете на все четыре стороны, – прошипела я, скорее от боли, чем от злости. На самом деле мне было страшно. Я почти сразу пожалела о своих словах: Суоронс прижал меня к себе, наплевав на дистанцию, которая полагалось соблюдать в этом танце. Святые нифелимы, как я потом это буду объяснять Данту?
– Как поживают мои курочки? Видел, что вы творили на полигоне вчера, маленькие ведьмы, – последнее слово было преисполнено такого презрения, что мой страх сменился удивлением.
– Почему вы нас так ненавидите? – тихо спросила я, но Суоронс все равно услышал. И даже соизволил ответить.
– Ты хоть знаешь кто я? Хотя откуда, я же уничтожил все семейные архивы, – тень, промелькнувшая на лице без спора красивого мужчины, на миг превратила его в ужасное чудовище из самых страшных кошмаров. Его холодная красота и без того меня отталкивала, теперь же я была готова многим пожертвовать ради того, чтобы танец закончился как можно быстрее. – Моя мать была избранной. А отец – демоном, которого она призвала и, как вы все, полоумные, пыталась его спасти от проклятия падшего.
– Так вы – полудемон? – просипела я. Нет, я не испугалась: странно пугаться полудемона, когда в день имеешь дело с полусотней демонов. – Разве такое возможно?
– А почему нет? – хмыкнул Рейш, явно довольный произведенным впечатлением. Вот только с какой целью он мне все это рассказал? Я уже давно перестала верить в пресловутое «просто так».
Мелодия, которую выводил невидимый оркестр, закончилась. Прежде, чем я опомнилась, Суоронс отпустил меня, поклонился и растворился в толпе, а я так и осталась стоять среди танцующих пар, закружившихся в новом вальсе.
– Что он хотел от тебя? – рядом из пустоты вынырнул Дант с таким невозмутимым лицом, будто не его избранную только что увел танцевать другой мужчина. Но именно этот факт заставил меня выдохнуть с облегчением и привел в чувства: мне тут еще сцены ревности для полноты впечатлений не хватало.
– Зачем-то сказал, что он полудемон. И на этом все, – неуверенно протянула я, прокручивая в голове короткий разговор в поисках еще каких-либо зацепок.
– Что ж, я догадывался, – кивнул Дант, после чего подарил мне обворожительную улыбку. – Леди позволит пригласить ее на танец?
– Конечно, – я улыбнулась в ответ и вложила ладошку с протянутую руку. Дант уверенно закружил меня в танце. Только сейчас я обратила внимание, что ради бала мой демон принарядился: привычные белая свободная рубашка и черные штаны сменились камзолом с золотистой вышивкой по ткани, что хорошо подчеркивало цвет глаз хранителя.
