Дым от пожара в Вечнодиком Лесу окрасил воздух в неприятный оранжево-розовый цвет. Хижина Каламити, приютившаяся на полпути к небольшой труднопроходимой возвышенности, была немногим ближе к Новой Эплузе, чем к Вечнодикому Лесу. Но так как она была далеко от пожаров, сильные ветра разносили дым на мили вокруг.
Я привыкла к странному и болезненному воздуху Внешнего мира, но сообщение в ПипБаке Скуталу навеяло воспоминания. То первое утро в Эквестрийской Пустоши, как эта дикая странность ошарашила меня. Это же было совершенно другое. Я чуяла неестественные запахи, витающие в дыме, ощущала привкус чего-то едко-горько-сладкого при каждом вдохе.
Должны ли мы этим дышать? спросила я Вельвет Ремеди. Мне вспомнились опасности работы в сжигательных ямах для параспрайтов. Кто-нибудь из пони вообще знает, какую гадость может принести с собой дым из Вечнодикого Леса? Я вдруг позавидовала Стальным Рейнджерам (Отступникам и другим), что в их броневые костюмы встроены респираторы.
Скорее всего нет, сказала Вельвет Ремеди, нисколько не успокоив мои страхи.
Скалы вокруг хижины были неустойчивыми. Не было ни одной безопасной тропинки, чтобы подняться, и никакой полянки, чтобы посадить пассажирский фургон. В конце концов, это был дом для пегасов. Каламити был вынужден сделать посадку у подножия скал. После короткого обсуждения предполагалось, что мы с Каламити поднимемся одни.
Ну уж нет, топнула Вельвет Ремеди копытом. Ты нас не для того тащил сюда всю дорогу, Каламити, к твоему старому дому, чтобы потом не дать мне его посмотреть.
Каламити фыркнул с тревожным и немного смущённым видом.
Ну же, промурлыкала Вельвет. Я показала тебе свой дом, теперь ты покажи мне свой.
Я усердно пыталась думать о других вещах.
Вот что: я левитирую себя наверх, а вы двое подлетите.
А ты сможешь, Лил'пип? Поднять себя так высоко?
Честно говоря, я не была уверена. Самолевитация всегда была трудным трюком. Я бы хотела попробовать. Но не хотела бы пострадать от падения, если не получится.
Будешь готов поймать меня? спросила я кротко. Каламити кивнул, уверенно вытянув крылья.
Где-то позади себя я услышала Ксенит, спрашивающую какую-то пони:
Почему им просто не сделать два захода?
Я посмотрела вверх, устремляя свой рог к хижине. И сглотнула. Это было... очень высоко.
Мой рог начал светиться. Сфокусировавшись, я окутала своё тело телекинетическим полем и оттолкнулась от земли. Я раньше это делала, но так же, как в Яме, мой подъём начал замедляться. Я сосредоточилась и попыталась поднять себя вверх.
Я всё ещё замедлялась.
Я сосредоточилась, капли пота выступали у меня на лбу и сбегали вниз по шее. Сияние охватило мой рог, бросая блики на скалы.
Я прекратила замедляться. Я сделала это! Я тащила себя через воздух!
Это была... изнуряющая буксировка. Усилие было почти болезненным. Но у меня получилось.
Я летела!
* * *
Я лежала на деревянной доске, которая была частью переднего крыльца Каламити, с трудом дыша. Ноги не хотели меня держать. Ну, они могли бы, если б я попросила, но просто не хотели.
Это того стоило. Хоть и совсем недолго, но я в самом деле летела.
Это было не изящной сценой свободы; в силу того, что я не была ни пегасом, ни птицей. Это больше походило на бег галопом к вершине против ветра. Но я сделала это. И на мгновенье все ужасы и боль нескольких прошедших дней забылись в спешке и напряжении.
Интересно, сколько времени понадобится Каламити и Вельвет Ремеди, чтобы подняться. Немного тут же ответил мой разум. На самом деле, я была удивлена, что их ещё не было.
Я вспомнила, что у меня всё ещё был шар памяти из одного из сейфов в подвале Министерства Магии в Филлидельфии шар из сейфа, где также лежал и плащ. (Судя по реакции Ксенит и недавнего опыта грифин, я сделала вывод, что это был зебринский стелс-плащ.) Я, не раздумывая, решила, что не хочу тратить время, валяясь на крыльце хижины Каламити и вытирая пот с лица. Так что я левитировала шар памяти и сосредоточилась на нём.
И тут же поняла, что это было ошибкой, вспомнив, что шар был извлечён из поломанного ящика и, похоже, повредился, но было уже слишком поздно.
Моё тело взорвалось болью, каждый нерв верещал, как будто я горела и горела, не умирая. Я знала, моё настоящее тело, должно быть, вопило и дёргалось, но боль была слишком сильной, чтобы бояться за свою безопасность. И вообще, упасть со скалы и разбиться о землю было бы милосердием.
Тысячи раскалённых ножей вонзились в мой мозг.
Мгновение... или вечность спустя боль прекратилась так же неожиданно, как и началась. И я больше не была собой...
<-=======ooO Ooo=======->
